В дымовой струе портальной пентаграммы, руки Саварда остаются теплыми и надежными. В Альбирре - столице империи Ирн - тишина преобладает после мгновенного перехода. Здесь ты будешь встречать как полагается, все обитающие в особняке: слуги, чада и домочадцы родных...
Кариффа, ты должна все время находиться рядом, каждый миг. Даже в купальне. Кэти, — длинные сильные пальцы ласково коснулись подбородка, — я постараюсь сегодня прийти пораньше.
Еще один голодный жаркий поцелуй, и Савард покинул комнату. Так же стремительно, как появился.
Медленно опустилась в кресло, с недоумением глядя на закрывшуюся дверь. Что это было? Посмотрела на наставницу, которая выглядела не менее удивленной, чем я, перевела взгляд на мэтра.
— Гарард?!
Целитель даже отшатнулся, услышав наш слаженный хор.
— Рассказывай! — Тон Кариффы не допускал возражений.
— Мэтр, пожалуйста, мы должны знать! — Умоляюще прижала к груди руки.
Несколько долгих секунд мужчина колебался.
— Сегодня на рассвете наида императора пыталась покончить с собой, — наконец выдавил он.
Вионна хотела умереть? Вионна?!
Перед глазами замелькали картинки."
"Невысокое ветвистое дерево. Печальная тень в кресле-качалке. Аккуратно уложенные пепельные волосы, атласная кожа, милое лицо, бессмысленный взгляд. «Сегодня тепло. И вчера тоже было тепло. Летом почти всегда тепло. Хорошо…»
Вышитая бисером маленькая картина. Чудесные цветы, так похожие на разноцветных птичек, готовых в любую минуту вспорхнуть, раствориться в бескрайнем небе. Мечта гибнущей души о счастье, о свободе…
Наши встречи, мои рассказы ни о чем — отчаянная попытка растормошить, не дать женщине превратиться в умертвие. Взгляд, уже не пустой, а наполненный смертной тоской, и шелест в спину: «Вы… приходите еще…»
Первая совместная прогулка. Дрожащая, беспомощная улыбка, подаренная деревьям, птицам, цветам и любимым ритисам. Тогда я видела Вионну в последний раз…
А ведь она приходила ко мне. Приходила! Кто знает, если бы мы встретились в тот вечер, если бы я добежала до нее — ночью, под утро, все равно когда, — может, ничего бы не произошло?
В горле словно комок застрял, стало тяжело дышать.
— Она жива? — судорожно сглотнула. — Мэтр, почему вы молчите?
— Жива, слава всеблагой Троице, — губы целителя дрогнули в подобии улыбки, — но до сих пор без сознания, и что дальше будет, одному Торту известно.
— Как… — говорить по-прежнему было трудно, невыносимо пекло в груди, — как это произошло?
— Ничего толком не известно. Вечером ее как обычно уложили в постель и оставили одну. Служанка всегда будила госпожу, помогала подняться, та никогда не вставала самостоятельно, особенно в последнее время. — Гарард поджал губы. — А тут… Когда девушка вошла, сирра Вионна уже стояла на балконе и смотрела на озеро.
