В дымовой струе портальной пентаграммы, руки Саварда остаются теплыми и надежными. В Альбирре - столице империи Ирн - тишина преобладает после мгновенного перехода. Здесь ты будешь встречать как полагается, все обитающие в особняке: слуги, чада и домочадцы родных...
Удивительная игра тени и света, эффект неожиданности — все это создавало неповторимую атмосферу, отвлекало от тяжелых грустных мыслей. До беседки в конце аллеи я добежала, весело хихикая. Наставница, скупо улыбаясь, вошла следом за мной. Телохранители как всегда расположились немного в стороне.
— Что случилось, девочка? — Старуха аккуратно опустилась в плетеное кресло. — Савард выскочил из гостиной с перекошенным лицом, ты превратилась в какую-то призрачную тень, ничего не видишь и не слышишь. Что между вами произошло там, в Эфраде?
Прислонилась спиной к колонне — так мне было легче.
— Я рассказала ему о себе, наставница, — слова давались с трудом, — а он… ушел.
— Что? — Кариффа побледнела. — Что ты сделала?.. Рассказала?.. Все?!
— Ну не все, конечно, — покачала головой. — О проклятии, которое занесло меня в ваш мир, о том, что вы общались с богиней, о желании найти храм даже не обмолвилась. Но и того, что сообщила, оказалось достаточно, чтобы влечение сиятельного сменилось на глубокое отвращение ко мне.
Криво усмехнулась.
Поведение Саварда действительно задело. Уж лучше бы он кричал, обвинял, угрожал, как раньше, чем вот так, не взглянув, не сказав ни слова, просто исчез, и все. Еще совсем недавно уверял: «Моя, навсегда, не отдам», а что в итоге? И разговаривать не захотел. Артем тоже много чего обещал в свое время — как оказалось, врал. Все они одинаковы. Чувствовала, что перегибаю палку, но горькая обида, поселившаяся в душе, все росла и росла, как мерзлый снежный ком.
— Садись, девочка, — Старуха указала на соседнее кресло.
С начала так с начала…
В нескольких словах упомянула о нашей с Савардом близости, ограничившись сухим: «Он не сдержался, я не сопротивлялась». Все равно Кариффа как истинная сирра ничего не поймет — ни нашей потребности друг в друге, ни страсти, ни эмоций. А вот разговор передала в деталях и подробностях. А потом спросила о том, что меня все эти часы мучило:
— Почему он ушел, ничего не сказав? Может, я солгала? Необходимо ведь проверить.
— Не знаю, Кэти. Может, в твоей истории была какая-то мелочь, убедившая Крэаза в достоверности того, что он слышит. Я лишь наида. Бывшая женщина для утех бывшего советника императора.
