В дымовой струе портальной пентаграммы, руки Саварда остаются теплыми и надежными. В Альбирре - столице империи Ирн - тишина преобладает после мгновенного перехода. Здесь ты будешь встречать как полагается, все обитающие в особняке: слуги, чада и домочадцы родных...
— Наставница, предлагаю перед прогулкой нанести визит сирре Вионне. Надо же поблагодарить ее за такой чудесный подарок.
Наида императора встретила гостей все в том же кресле-качалке. В первый момент показалось, что она искренне обрадовалась, увидев меня. Робкая тень улыбки мелькнула на бледном лице, чтобы тут же смениться рассеянной отстраненностью.
А потом беседа пошла по отработанному сценарию.
— Чудесный день сегодня, не находите?
— Просто прекрасный.
— А вот вчера было немного прохладно.
— Не могу с вами не согласиться.
Сирра безразлично роняла ничего не значащие фразы, я откровенно маялась и мечтала поскорее уйти. Все так и закончилось бы ничем, если бы не букет ритисов, что стоял на столике возле кресла. Он так живо напоминал о прогулке с Налантой, о прекрасной картине, подаренной мне несчастной Вионной, об откровениях служанки. И я решилась. Оставила без ответа очередную бессмысленную реплику и просто начала рассказывать. Неспешно и обстоятельно. О Нижнем парке, о Цветочной горке и своих впечатлениях, о знакомстве с сыновьями Повелителя, о серьезном сдержанном Алларде и жизнерадостном Линсаре, о том, что мы говорили и делали.
Женщина никак не комментировала мои слова. Лицо ее оставалось безмятежно спокойным, веки — полуприкрытыми. Но в один прекрасный момент кресло перестало удручающе монотонно раскачиваться, и поза сирры неуловимо изменилась. Ушла небрежная расслабленность, руки чуть заметно сжали подлокотники.
Я договорила, посидела в тишине какое-то время, поднялась, церемонно попрощалась и пошла к выходу.
— Вы… приходите еще, — неожиданно прошелестело в спину.
Резко развернулась, поймала взгляд Вионны, в котором стыла невыносимая смертная тоска, и твердо ответила:
— Обязательно приду.
Гулять после визита к императорской наиде настроения не было, но сидеть в покоях надоело до зубовного скрежета, и мы с Кариффой не стали менять планы. Вышли из Закатного и задумчиво побрели по парковой аллее, ведущей от дворца к Цветочной горке.
— Кателлина!
Сердце на секунду замерло, а потом, отчаянно забившись, понеслось вскачь.
Савард!
Одно неудержимо быстрое движение — и он уже рядом. Обнял, провел рукой по волосам, по щеке.
— Я рад, что тебе уже лучше, Кэти.
Утонула в сиянии его глаз, невольно улыбаясь в ответ.
— Мне тоже отрадно это видеть, сирра."
"Раздавшийся откуда-то сбоку глубокий ровный голос заставил меня мгновенно оцепенеть.
