Автор
В душную минуту перед экзаменом, где каждый шаг решает будущее карьеры и любви, толпы студентов обступают ректора. Вокруг хлыстят слухи о том, что кто-то из лучших сдал за пару дней до окончания курса. Недоумеваю я, почему не увидела Хельме - вечно самодисциплинированной студентки, и тем более Вилари – принца, который никогда не спешит на экзамены. Но каждый имеет свои слабости....
Успешно пройдя Вратами, подал документы как Данстор Гратис, сократив вполовину древнее родовое имя. Старый ректор, конечно, враз сопоставил этот обрубок с теми дальними местами, откуда студент прибыл, но благоразумно промолчал. А новые поколения таких имен уже и не знали.
А ведь раньше Инген-Гратисом именовался не просто род — целое королевство. Пока само это имя не сгинуло в навязанном шантажом союзе с Империей, превратив маленькую гордую страну в провинцию разросшейся державы. Родовой замок заняли ставленники императора, лишь по названию замка теперь и знали эти земли вот уже несколько десятков лет.
"Чужим его не открывали, да и своим-то — через одного. В женский род дед не верил, считая пустой тратой семени, отец же Данстора был пришлым, с южных земель. Так что дед прибрал мальца к своим рукам сразу же после рождения, ему единственному открыв когда-то громкую родословную. В пространных россказнях деда Данстор улавливал нотки сожаления по сгинувшему роду, но сам лишь пожимал плечами — что прошлое ворошить.
Академия Данстору понравилась, учеба далась легко. Увлекшись поначалу оттачиванием собственных талантов, он на некоторое время забыл о своем редком даре, памятуя лишь о том, чтобы не раскрыть его случайно перед преподавателями. Врата обозначили его дар как руку и молнию, и Данстор послушно посещал то целительство, то скучную артефакторику, не выказывая никаких способностей сверх ожидаемых.
Первые пара месяцев пролетели беззаботно. Погрузившись в учебу и находя в ней удовольствие, он, однако, не закрывался в себе, заведя несколько приятелей и участвуя в нехитрых студенческих развлечениях.
В одно из воскресений, проведенных в городе Ровеле-а-Сенна, они с сокурсником перебирались из одного питейного заведения в другое, уже основательно напившись местного вина, радуясь вольной жизни.
— Вот так его пыр… пир… приложил! — заплетающимся языком продолжал Нилош. — И огнем вкруг… вокруг… а неча!..
Нилош сопровождал слова размахиванием рук и, конечно же, захотел продемонстрировать огненную ловушку для соперника.
