В свете камина мерцают узоры тьмы, а мрачный воздух густым клубком обнимает стены замка. Вокруг — только смерть и хаос: пал король, забитые враги превращают храм очистительного пламени в ад. Могильная тишина нарушается лишь вой кричащей за помощью принцессы. Здесь начинается новая борьба за жизнь и власть......
Кажется, что кровать объята пламенем, но дыма не ощущаю. Это… магия?
Она коконом обнимает нас с ваннором, будто отгораживает и защищает.
Вот только стена нужна не вокруг, а между нами.
Эдхар касается моих губ, и я ощущаю терпко-сладковатый привкус.
— Это вкус твоего оргазма, — порочно улыбается он. — Теперь ты готова.
— К чему? — пугаюсь я, не желая получить ответ.
Я его и так знаю, но вопрос сорвался с распухших от поцелуев губ, и ответ не заставляет себя ждать.
— Мы совершенно разные, — напоминает он и разводит мои колени ещё шире.
Накрывает меня своим телом и, склонившись к уху, шепчет:
— Я проведу тебя через боль к наслаждению, моя пламенная.
Глава 6
Стук в дверь обрушивается на меня ледяным душем. Вырывает из пьянящей эйфории, бросает в жестокость реальности. Вскрикнув, я пытаюсь отпихнуть мужчину, выкручиваюсь из-под него. Паника захлёстывает меня, пламя вырывается и палящими ручейками струится по покрывалу.
Эдхар шипит, обжегшись, но не отступает. Цепко сжимает мои запястья и на миг застывает, глядя мне в лицо. Я же не желаю замечать ярости его взгляда, отворачиваюсь. Вижу растекающееся, подбирающееся к балдахину кровати пламя. И как ткань покрывается инеем, поддаваясь ледяной магии, а пожар прекращается, так и не разгоревшись.
Как и наша первая ночь.
— Кто там?! — рычит Эдхар, когда стук повторяется. — Говори имя, смертник!
От его гнева воздух в комнате становится морозным, свечи гаснут как одна.
— Милости вашей прошу, мой ваннор, — раздаётся из-за двери ответ. Я узнаю подобострастный голос, именно этот воин приказывал поднять меня в храме. — Гонец от короля!
Эдхар обнажает зубы, и я снова пытаюсь вырваться. Мужчина вжимает мои запястья в кровать и, дождавшись, когда я выдохнусь и перестану сопротивляться, холодно приказывает:
— Из покоев ни шага! Я скоро вернусь и продолжим.
Застываю в ужасе и смотрю на ваннора с всё возрастающей ненавистью. Сейчас, когда магическая связь между нами немного утратила обжигающий градус, делать это становится проще. Вот только страсть, что полыхала в этой постели, кажется, кое-что сожгла во мне.
Уверенность, что я смогу пройти через право первой ночи и остаться собой.
Не получится.
И мне страшно представить, кем я стану.
