Потом еще и вопросы задавать начали: – Если ты не МакДрагар, откуда Снежная смерть?
Обиженно пыталась вырваться из его довольно-таки оскорбительной хватки, потому как в таком положении даже ноги до крыши не доставали и я вообще висела.
– Да отпусти же ты! – рявкнула в итоге, осознав, что меня продолжают держать на весу.
Опустил. Медленно, напряженно как-то, и с таким видом, что стало ясно – стоит мне дернуться, и мгновенно вернусь в висячее положение. Обиженно потирая шею, смотрю на воина и понимаю – это будет непросто. В смысле, свалить отсюда.
– Кто ты? – вернулся к допросу воин.
– Тьяме, – нагло отвечаю, все еще потирая шею.
– Я не причинил тебе боль, – внезапно сообщил он.
– Спорное утверждение, – но шею потирать перестала.
Стоим. Шея, кстати, побаливает, потому как голову запрокидывать приходится, но и что сейчас делать, не знаю. А потом приходит странное и даже немного пугающее ощущение, что чем больше на него смотрю, тем больше смотреть хочется…
– Та-а-ак, о чем мы там говорили? – чувствуя, что мысли снова берут загул, торопливо спрашиваю я.
– О праве сильнейшего, – хмуро ответил кто-то, у кого тоже опять дыхание меняется.
– А-а, – глубокомысленно изрекаю, – ты это про свои перекачанные трицепсы?
Резко выдохнул, явно возвращаясь в состояние повышенной раздражительности, затем как припечатал:
– Запомни, женщина, мои перекачанные трицепсы дают мне одно неоспоримое право – право сильнейшего! И пользуясь своим правом воина, ставлю тебя в известность, что Властью меча ты моя!
И так он это сказал! С чувством, с толком, с расстановкой. Как будто клятву произнес. Я даже заслушалась, а потом задумалась и выдала:
– Хорошо сказано. Но где-то я это уже слышала.
– Что? – мгновенно и как-то угрожающе вопросили.
Я нахмурилась, вспомнила и честно ответила:
– Какой-то воин мне уже это говорил. Да, точно, причем те же самые слова.
Блондинистое право левого трицепса резко выдохнул, схватил меня за плечи, поднял до уровня своего лица и произнес:
– Чье? – не сообразила я.
– Я что, всех придурков по именам запоминать должна?
У меня от его рыка все тело задрожало, но страха почему-то совсем не было. Наоборот – восторг какой-то. И в ту же секунду воин вновь опустил меня и даже отошел на шаг… гормоны всего мира, объединяйтесь, называется…
Внезапно завибрировал мой сейр. И это заставило вспомнить, что вот конкретно этот индивид чрезмерно привлекательной наружности – не центр моей вселенной… а жаль. Далее решено было использовать отвлекающий маневр:
– Слушай, воин, – я судорожно вздохнула, пытаясь не смотреть на него больше, – а зверюга твоя где? А то Снежная смерть – он три дня не кормленый…
Тар-эн оторвал взгляд от меня. Поворот. Резкий, стремительный.