– Дочери МакВаррас, их убивала Эталин! – Визг разнесся над всем залом, а после эйтна заорала уже Агарну: – Твоя единственная, подкаблучник тупоголовый! Или ты думал, что смерти в твоем доме только случайность? Столько лет перед самым твоим носом все было – ты не видел! Предательнице верил как себе, а ту, что не предавала, кнутом избил! Помнишь, Агарн, помнишь? Твоя единственная и эту, – палец указал на меня, – отравила бы, но я вмешалась, Агарн! Я! И Киара получила сейр, а Ашара тайно убирала отравленные продукты… Так выжила твоя дочь! Я спасла ее! Киран принадлежит мне! Мне!!!
Я взглянула на отца… Побелел весь, руки сжались, на лице ни кровиночки, но тут случилось то, от чего и я, и эйтна-хассаш, и ее охранница побелели и вздрогнули.
– Ты клялась мне! – прошипела тень, покидая папандрово тело.
Тень оказалась жуткая – не такая, как правый и левый у Нрого, а более плотная, черная, и глаза светящиеся какие-то, и когти больше пальцев, и все это рывками выбиралось из тела хассара. Причем остальные воины ее не видели, зато я инстинктивно рванула к повелителю… сама не знаю почему, но с ним как-то надежнее было. Воин обнял, как-то тоже на автомате, переводя встревоженный взгляд с хассара Айгора на эйтну и на меня.
– Ты видишь тени? – был задан вопрос.
– И эта какая-то ненормальная, – с ходу сдала я. – И жуткая, и сейчас что-то будет, и я не виновата, правда.
А эйтна-хассаш ничуть не испугалась этому и заявила:
– Киара – шлюха, пустышка, и эйтной ей уже не стать! Мне всегда нужна была только Киран, а ты отнял ее у меня и скрыл вне Иристана, там, где мне не достать!
– Видящая Аэрд, – простонал мой воин, сжимая меня в объятиях крепче. И все, мне вдруг не страшна стала и эта жуткая тень, и даже эйтна-хассаш, и все вокруг, и даже отсчет в моих «кротах», и предстоящие разрушения.
– Эйтной не станешь, – неожиданно произнес повелитель, прижав меня к себе в очередной раз, после чего отстранил, вернув в местоположение между своими двумя воинами.
А затем решительно подошел к эйтне-хассаш и произнес:
Тень мгновенно ретировалась обратно в папандра, эйтна-хассаш испуганно опустилась в кресло, и все как-то разом успокоились.
Дальше из уст повелителя прозвучало:
– Эйтна-хассаш, вы будете заключены в Логарре и подвергнуты допросу.