А еще только сейчас я увидела, что поверх его рубашки висит какая-то бляхина на цепи, и эта махина больше, чем та, что носил папандр, да и у Нрого поменьше была. А потом еще пару мелочей в памяти всплыло, и я уже как-то подозрительно на воина уставилась. То есть это сначала подозрительно, а потом почему-то сказала:
– Ты мне точно солгал, только я так и не поняла, в какой именно момент.
– Ни единым словом, – величественно ответили мне.
– Да? – Какая-то воинственность во мне опять проснулась. – Ты же сказал, что самый слабый воин на Иристане!
Синеглазый улыбнулся, затем мягко произнес:
– И добавил «с конца», ты просто не услышала.
И тут у меня мелькнула мысль – а много ли я не услышала? И еще много других мыслей, но, как выяснилось, мои мысли уже никого не интересовали.
Синеглазый воин в два шага оказался рядом, затем мое прикрытие было вздернуто, открывая правое плечо, и не успела я отреагировать, как рывком светловолосый сорвал ткань майки и узрел татуировку клана МакВаррас.
Затем вновь стало тихо. Причем тишина наступила угрожающая. Я вскинула голову и посмотрела на воина, а тот поверх моей головы пристально взирал на отца. Очень пристально, потом на Нрого и вновь на отца. Светловолосый не произнес ни слова, но в следующую секунду оба хассара синхронно опустились на одно колено и, прижав правые руки к груди, опустили и головы. И глава всей Иристанской иерархии, приняв их признание в поражении, вновь уделил свое внимание мне.
– Киран. – Он произнес мое имя и, неожиданно улыбнувшись, произнес его вновь, – Киран… – В его устах простое имя прозвучало как-то восторженно и вместе с тем так интимно. Но воин сдержался и уже официально объявил: – Киран МакВаррас, старшая дочь хассара Айгора, состоишь ли ты в браке, носишь дитя или приняла дар жизни от воина Иристана?
Я вздрогнула, вглядываясь в его такое официальное и абсолютно безэмоциональное лицо, и не сразу поняла, что это вопрос… вопрос мне.
– Киран, – прошипел за моей спиной отец.
– Кира, – простонал Нрого.
А я смотрела на воина, который неожиданно властно, но очень тихо произнес:
– Я могу иначе и в данный момент задал вопросы исключительно для соблюдения традиций. Ответы я знаю.
Меня очень заинтересовал данный момент.
– А как иначе? – тут же полюбопытствовала я.
– Право сильнейшего, – спокойно ответил воин.