Переключила и обалдела. С первых же слов страшной, клыкастой и когтястой белой тени размером с громадного воина. И вот эта тень в ярости шипела на сжавшуюся у стенки бегемотиху:
– Ее там нетсссссссс!
Я вздрогнула всем телом, а левый заинтересованно спросил:
– Не видишь? – переспросила я.
«Эталин сидит у стены и дрожит, а с чего дрожит?» – Тень, похоже, ту, другую и жуткую, тень не видела совсем.
События же в комнате продолжали развиваться.
– Ты впустила Дьяра?
– Да, госпожа, – бормотала.
– Ты поднесла ему сок арра?
– Где результатсссссс?
От этого шипения меня всю колотило.
Эталин явно тоже, потому что она дрожала и зажимала уши руками.
– У нее должен быть повторный болевой шоксссссс! Мне нужна мутацияссссс! Киранссссс моясссссс! Действуйсссссс!
Почему-то горло вдруг сжало спазмом, потом подступила тошнота… Ненавижу Иристан. Просто ненавижу.
«Эй, малышка, – призрачные лапы обняли мое лицо, – что не так? Ты что? Девочка моя, что такое?»
Если б можно было его обнять, я бы обняла, а так просто положила ладони поверх его рук, и на мгновение такое ощущение возникло, словно тень стала осязаемой.
«Кира, Кира, – такой грустный шепот, – тебе действительно лучше было не возвращаться на Иристан, девочка моя. Эта планета тебя убивает».
Я всхлипнула громче и тут же закрыла рот руками, сдерживаясь из последних сил. Подошел Икас, сел рядышком, уместил голову на моем плече, и как-то я сразу успокоилась, и легче стало намного.
«Так что ты там услышала?» – мягко, ласково спросила тень.
– Клыкастая и зубастая тень приказала Эталин впустить Дьяра во дворец, напоить каким-то соком и спровоцировать все, чтобы у меня был болевой шок и какая-то мутация, – простонала я.
Тень испарилась в мгновение. Икас остался, и картинка на сейре осталась. И я смотрела, как плачет все там же у стены бегемотиха, а потом услышала и другое:
– Ступай в подземелье, найди эту дрянь и убей!
Из ниши между шкафом и стеной вышел воин, стройный излишне для воина, низко поклонился и негромко спросил:
– Вы уверены, госпожа?
– Убей эту дрянь! – прошипела бегемотиха, пытаясь встать. У нее это получилось с четвертой попытки, и для начала на четвереньки встать пришлось. – Она нужна Агарну, она нужна эйтне-хассаш, она даже правящему клану нужна – убей мразь!
Странный воин поклонился и выпрыгнул в окно. Мы с вернувшейся тенью потрясенно смотрели на экран и разом выдохнули:
– Бракованный навигатор, – это я.
«Съшессер», – это он.
Помолчали, наблюдая за тем, как бегемотиха мечется по своим покоям. Потом я сказала:
– А жить-то хочется.
«Я тебя понимаю», – отозвался левый.
И тут послышался какой-то шум, я стремительно переключилась на камеры, расположенные в моей комнате, но все равно опоздала.