Обе тени переглянулись и демонстративно хмыкнули. Нрого сжал челюсти. Мне его даже жалко стало, и, помня о маминых словах, я решила поддержать воина:
– Мне тоже выгодно быть в статусе твоей невесты.
Тени переглянулись повторно, после чего левый сказал: «А я предупреждал, что девочка наша. Следовало сразу держать ее в курсе дела, и проблем было бы меньше, и бегать бы малышке не пришлось».
– Позже поговорим. – Нрого внезапно улыбнулся мне и, развернувшись, направился к двери.
Тени помахали мне на прощание и умотали следом. В спальне остались я, Икас, Ар и его увеличившиеся вдвое глаза. Причину увеличения органов зрения брат озвучил, едва мы остались одни:
– Так вроде это наследственное. – Я пожала плечами.
– Тетю данная информация явно не обрадует, – медленно проговорил Араван, – как и бабушку.
– Уже, – сообщила я, поглаживая Икасика, – Ар, у меня к тебе атомова куча вопросов.
– Мы начали с того, что ты мыться шла, – напомнил он.
Я встала с окровавленной постели, поманила Икаса за собой, и мы пошли мыться.
Сначала я долго драила шерстюсика, отмывая кровь с его шкуры, потом, выставив Икасика, быстро помылась сама. На сушку волос времени не было, и я, замотав полотенцем голову и надев банный халат, покинула ванную. Шерстюсик-заразка ждал под дверью. Дрожал, но ждал.
– Идем, горе ты мое снежное. – Я потянула зверя за собой, и мы вернулись в спальню.
Ар посмотрел на нас, потом на извазюканную кровякой кровать, решительно стянул с последней все до матраса. Потом вышел. И пока я вытирала зверюгу, осторожно касаясь залеченных участков, Араван вернулся с толпой служанок. Кровать нам перестелили. Потом еще полотенец принесли, затем снова вышли.
Я Икаса на постель заставила лечь и сейчас, когда крови уже не было, тщательно осмотрела всего зверя, опять же прибегнув к спецоборудованию, старому, но надежному.
– Что она делает? – Голос папандра заставил вздрогнуть, но я все равно продолжила осмотр своего шерстистого пациента.
– Икаса лечит, – резонно подметил Араван.
– Значит, уже в норме, – резюмировал отче. – Киран, ты меня слышишь?
– Отчетливо. – Я в этот момент как раз узрела незалеченную царапину на задней ноге зверя и сейчас осторожно пальчиками раздвигала шерсть, освобождая пространство для гелликса, который тут несомненно нужен.
– Ты станешь женой Нрого, – произнес отец.
– Опять? – Да, я ехидничала.
– А первый раз была кем? Тьяме Нрого? – Я спрыгнула с постели, взяла гелликс, который служанки оставили на полу у стены, вернулась с ним обратно к Икасу и продолжила вредничать, одновременно настраивая аппаратуру. – Ты, папандр, меня все больше радуешь – то Нрого, то Дьяр, ты уж определись как-нибудь.