– Мне поплохело.
– И она остается собственностью хассара Айгора, – добавил Ар, – и более того, тетя Киара в репродуктивном возрасте. Так что родишь или ты, или она, хассар не проиграет в любом случае. Он слишком хорошо знает, как ты относишься к матери, и понимает, что ради маленького братика ты тоже пойдешь на все.
Мне поплохело окончательно. Потом пришла мысль:
– А мне казалось, он маму любит… – И так больно стало.
– Тетю Киару любит, – неожиданно опроверг мои худшие предположения Араван, – ей он стать эйтной не позволил. Ни первый раз, когда сделал абсолютно все, чтобы ночь прошла для нее без последствий. Ни во время родов, когда присутствовал сам и для контроля вызвал не эйтну-хассаш и не эйтну клана МакВаррас, а бабушку. Да и после родов отдал всю свою кровь, тете Киаре три переливания сделали, чтобы только она осталась, чтобы кровь твоего отца взяла контроль над ее иммунитетом. Он едва не погиб, потом сутки с трудом дышал, ходить не мог – по естественным надобностям ползал, но не позволял никому помочь. Гордый. Так что любит, Кира. Ее, не тебя.
И мама это знала! Знала всегда, потому и готовила меня к самостоятельной жизни с малых лет. «Ты должна быть самостоятельной, Пантеренок». – Я слышала это с пяти лет. С шести знала, что такое деньги, как покупать продукты, снимать комнату в гостинице, как обходить полицейский контроль при необходимости. Но это все мелочи. А сейчас я сижу на постели и думаю о двух вещах: полный и беспросветный кипец, с одной стороны, и… я тоже гордая и в туалет тоже ползала тогда, а значит, я реально дочь папика и потягаться с ним вполне способна.
– В общем, Ар, ты мне сейчас что пытаешься сказать? – тихо спросила я. – Что все, мне пора идти топиться или просто убиться об стену, а?
Брат промолчал. Он мне сказал все, а папандр явно именно этого и хотел. Чтобы я все поняла, чтобы осознала, что я либо принимаю все как есть, достаю Нрого, потом возвращаюсь в клан МакВаррас, ценю каждый день жизни, рожаю ребенка и получаю свое продолжение, либо пытаюсь свалить, получаю болевой шок и становлюсь эйтной!
– Кстати, мне больно и на Гаэре было не раз, – вспомнила я.
– Да, – невесело ответил Ар, – но мутация имеет место только на Иристане. Тем более изменения начались от агрессивной микрофлоры воина. Более того, хассар сказал, что все было настолько плохо, что могло обернуться твоей полной мутацией с первого раза.
– У меня такое чувство, что я подхватила викрианского глиста, и тот уже начал процесс откладки яиц, – пробормотала я. – Одно не могу понять: Нрого на что рассчитывает?
– Явно ему есть на что рассчитывать. – Ар взглянул на меня с какой-то надеждой. – Нрого влюблен в тебя.