Автор
В свете единственной лампы виден тонкий образ светлых волос и улыбки мамы. Ваше тело не подчиняется желанию, когда Виктор Андреевич смеётся над вашим положением, а Тёма, бывший парень, стоят справа. Атмосфера наполнена натиском и тайной.
Смачиваю полотенце в ванной и аккуратно окутываю им горячую голову, затем открываю гардероб своего работодателя.
Бог ты мой. У него реально гора рубашек и все светлые. Хочется брызнуть краски на этот черно-белый ужас.
Выдвигаю ящик, не дыша на стопки с такими же бесцветными боксерами. Носки в специальном отделении.
Беру три пары и по очереди натягиваю их болеющему на ноги.
Так-то лучше.
Еще несколько раз смачиваю полотенце, чтобы было похолоднее. Свитер сбрасываю на кресло.
С беспокойством проверяю ладошкой дыхание каждые десять минут до тех пор, пока сама не отрубаюсь рядышком.
Глава 12. Арина
Просыпаюсь оттого, что сквозь сон чувствую, как странно покалывает сначала левую щеку, затем кончик носа… дальше что-то щекочет подбородок.
Только пытаюсь разлепить глаза, как в мой рот врезаются жёсткие губы. Они в меру требовательные, в меру нежные. Ровно такие, как надо.
Чёрт.
Поцелуи слишком быстрые, чтобы подумать. И их слишком мало, чтобы всё это остановить.
Горячий язык толкается глубже, совершает такие мягкие движения, что мне приходится простонать Тёме в рот.
Но я слишком возбуждаюсь, чтобы подумать об этом.
Отдаюсь влажным поцелуям и закидываю руки Тёме на плечи, слегка поигрываю с короткими волосками на затылке.
Это ж надо было подгадать такой момент, чтобы я возжелала секса сама?
Впервые в жизни. Впервые в жизни я хочу своего парня.
Жаркие руки нежно оглаживают мои бедра и вдавливают в разгорячённое твёрдое тело, двигаются кверху вдоль туловища и грубовато сминают грудь через тонкую ткань топа.
Эта грубость такая… вызывающая и сексуальная. Находится прямо на краю моих личных границ.
Не могу себя сдержать… слабо стону Тёме в рот.
Стону?! Вообще, я думала, эта моя функция отрубается сразу после выхода из кабинета стоматолога, а здесь не могу себя заставить остановиться.
Горячие губы мастерски всё снова и снова вышибают из меня мучительные стоны.
Хочется еще и еще.
Хочется как можно больше именно этого вкуса во рту.
Тёма, не отрываясь от моего рта, напористо налегает на плечо и заставляет улечься на спину. Сразу же придавливает мое хрупкое тело к простыням и совершает безумно резкий толчок бедрами, высекая искры из увлажняющейся промежности.
Боже мой.
Неужели так бывает. Или это просто сон?!
Когда Тёмины губы покидают мой рот, скулю от нетерпения и обвиваю горячую голову ладонями.
