Автор
В предательской истории о Марисе и Булате, когда подруга внезапно заявляет, что её муж изменял ей, вы погружаетесь в напряженную драматическую сцену. Тревожная атмосфера обволакивает из-за неизвестности и непонятности происходящего, пока Мариса делится своим вероломным секретом....
Если я окажусь мошенницей — у него есть запись."
"Оказывается, мужчина пошёл дальше. Нашёл моих соседей, договорился о видеофайлах. Нашёл нужный вариант, когда чья-то камера захватила наши ворота.
Занимает время, чтобы подключить всё к телевизору. Ильяс возвращается за стол, а Усманов выглядит так, словно сейчас бросится на меня.
— Я лично тебя разведу, — шепчет Ильяс, сжимая моё колено под столом. — Если они не пошевелятся.
— Почему ты не сказал мне? — спрашиваю так же тихо.
— Надеялся, что не понадобится. Да и если бы Усманов не заговорил про твои материнские способности, видео было бы не столь релевантно.
Включают запись. Там всё, что я так хорошо помню. Железная дверь распахивается, Булат выталкивает меня на улицу. А после захлопывает калитку.
Я не думала, что выглядела настолько жалко. В короткой пижаме, содрогаясь от ночной прохлады.
Карзаев сжимает моё бедро, успокаивая. Напоминает, что всё закончилось хорошо.
— Ильяс!
Я шиплю, потому что мужчина откидывается на спинку стула. И если Булат присмотрится, то заметит, что ладонь адвоката лежит на моём бедре.
И он замечает.
Муж резко подскакивает, едва не опрокидывает стул. Часто дышит, а его взгляд метает молнии.
— Ты, мелкая гулящая су…
— Тишина в зале суда! — судья стучит молотком. — Успокойте ответчика.
— Ты вернёшься домой и я тебя…
Булат продолжает сыпать угрозами. А я… Ни капельки не боюсь. Едва не улыбаюсь от того, что Усманов сам себя подставляет.
Может, судья склонялся на сторону Булата изначально. Но он ожесточился после видео.
А угрозы мужа окончательно всё поменяли.
После такого даже подкупной судья не рискнёт подсуживать. Слишком показательное представление.
Я обеспокоенно оборачиваюсь к сыну. Боюсь, что он услышал лишнее. Говорила же, что не надо брать его с собой!
Но Иля сидит спокойно, болтает ножками. На нём крупные наушники, закрывающие ушки. Сын что-то смотрит на телефоне.
Рина ловит мой взгляд, подмигивает. Улыбается довольно. Позаботилась об этом заранее.
У меня стойкое ощущение, что вообще всё было спланировано заранее. Карзаевы сговорились, а меня не посвятили в детали.
Это очень злит. Я имела право знать, что они планируют!
Я едва досиживаю до конца заседания. Спокойнее выслушиваю решение судьи в мою пользу.
Впереди ещё одно заседание, на котором будут обсуждать раздел имущества, алименты и опеку над сыном. Если бы не последнее — я бы плюнула на всё.
До второго заседания суд назначил, чтобы Иля жил со мной.
