В душной гостиной яркими огоньками сверкают рождественские еловые листья. Я стою перед своим любимым Пашей, и в его руке что-то блестит - подарок на наш второй вместе праздник. Тело мужчины напрягается мгновенно, словно ожидая катастрофы. Я улыбаюсь, надеясь, что он не откажется от встречи....
Я сейчас не то чтобы покинуть стены больницы и отправится на поиски Миланы и сына, я даже с постели хрен могу подняться! И от этого ещё паршивее!
- Проснулись, - раздаётся голос врача у двери.
Повернув голову в сторону голоса, кивая вошедшему врачу.
- Жалобы есть? – проход до изголовья моей койки, нависает сверху.
- Предостаточно, - перечислять всё сил нет, даже говорить трудно.
- Сейчас позову медсестру, сделаем вам обезболивающие, к вам посетитель, но после вчерашнего, я опасаюсь пускать к вам кого-либо, - засовывая руки в карманы белого халата, сообщает мужчина.
- Что за посетитель? – это явно не мать, и мне очень интересно кого принесло сюда.
- Георгий Станиславович, - называет имя посетителя, - скажите, он и правда ваш тесть? – склоняет голову на бок.
- Правда, пропустите его, - прошу доктора.
Разговор с пока ещё тесте мне просто необходим, понимаю почему он появился, уже сообщили о содеянном Алиной.
- Если повторится вчерашние, посетителей вы больше не увидите вплоть до выписки, - предупреждает доктор.
- Я вас понял, - отвечаю, но не даю обещаний, неизвестно, как сложится нас разговор.
Я мало общался с отцом Алины, редкие встречи на семейных праздниках, да и только, тёща так же, как и муж не сильно рвались к общению с дочерью и внучками, они вечно заняты своими делами. И как поведёт себя на известие о разводе и о том, что дочерей Алине я не отдам, неизвестно.
Больше не говоря ни слова, доктор выходит из палаты, и уже через несколько секунд в палату заходит тесть.
- Паршиво выглядишь, - звучит вместо приветствия.
- И вам не хворать, - опираюсь на локти, приподнимаюсь чуть выше, кривлюсь от боли в плече.
- Постараюсь, - кивает, и пройдя до окна, скрещивает руки на груди.
Весь вид тестя кричал о его негодовании, но словесной нападки пока не происходило, он молча сверлил меня взглядом и явно ждал, когда я сам начну разговор. Играть в молчанку и ждать, когда отец Алины скажет хоть что-то не было смысла.
