В душной гостиной яркими огоньками сверкают рождественские еловые листья. Я стою перед своим любимым Пашей, и в его руке что-то блестит - подарок на наш второй вместе праздник. Тело мужчины напрягается мгновенно, словно ожидая катастрофы. Я улыбаюсь, надеясь, что он не откажется от встречи....
- Я так понимаю, вы в курсе того, что сделала ваша дочь?"
"- Со слов твоей матери, в которые я не сильно верю, - кивает мужчина, - позвонила сегодня с утра и вылила ведро помоев, какие мы с женой хреновые родители и как не правильно воспитали своего ребёнка, бросала угрозы, что засадит Али за решётку, - дёргает желваками, - что у вас произошло на самом деле и где моя дочь? – произносит сдержанно-ровным голосом.
- Я сообщил вашей дочери о разводе, после чего она напала на меня с битой, последствия вы видите, - говорю, не вдаваясь в подробности, которые позже он обязательно узнает от своей дочурки, - сейчас Алина находится под охраной моего начальника безопасности, заявлять в правоохранительные органы на неё я не собираюсь, можете забрать свою дочь.
Лицо тестя вытягивается, в глазах плещется несогласие, о котором тут же сообщает мужчина.
- Она мать! Ты не можешь с ней так поступить! Мало того, что бросаешь, рушишь брак по неизвестной мне причине, так ещё и детей хочешь отобрать?! – выкрикивает тесть.
- Не кричите, иначе вас выпроводят, и мы не сможем с вами нормально договорится, о договориться нам есть о чём, - морщусь от боли в голове.
- О чём с тобой можно договориться? Ты…
- Я внук того, благодаря кому вы занимаете свой пост, один звонок деду, и ваше кресло займёт другой, - бросаю предупреждение.
Мои слова сейчас на самом деле пустой звук, вряд ли Кристиан кинется помогать мне после того, что я сделал. Но тесть пока об этом не знает, и есть возможность осадить мужика, что у меня и выходит. Георгий Станиславович сдувается, поджимает губы.
- Я хочу знать, почему ты хочешь развестись с Алиной? – совсем другим тоном интересуется тесть.
- Причин предостаточно, но главной является появление в моей жизни другой женщины. Я думаю, вы не дурак, и знаете, что любви у нас с Алиной не было. Мы бы и дальше продолжили быть семьёй, но её решение с абортом дало огромную трещину. В общем виноваты оба, но жить я так больше не намерен, - отвечаю тестю.
Отец Алины свёл брови к переносице, нахмурился, поднял одну руку вверх, провёл ладонью по лицу.
