Оно мне надо?
Выхожу в коридор. Тишина. Подкрадываюсь к комнате детей и прислушиваюсь. Улавливаю тихое похрапывание. Это Гордей.
На цыпочках крадусь по коридору.
Лучше бы я узнала, что свекр изменяет. Он тогда бы был просто козлом, как и многие другие мужики.
У кабинета притормаживаю, опять прислушиваюсь и бесшумно просачиваюсь за дверь.
Через пару минут я откладываю в сторону папку со снимками, меняю пароль сейфа на дату рождения Алисы на всякий случай.
Собираюсь с мыслями и понимаю, что ноутбука-то в кабинете нет и не было.
Вероятно, он в офисе свекра, который постоянно туда-сюда таскал, как он говорил в шутку, “печатную машинку”.
Умер-то он в офисе, в который он, вероятно, как обычно, отправился с “печатной машинкой”.
Трясутся руки.
Он мог наяривать на снимки и видео со мной, сидя за своим большим рабочим столом?
Очень даже.
А затем я вспоминаю шутливые жалобы Алисы в телефонных разговорах по поводу того, что опять Славик ушел медитировать в кабинете.
У него был неприкосновенные полчаса по нечетным вечерам после ужина в кабинете.
Он запирался, говорил жене, что ему нужно уединение в тишине, чтобы очистить мозги.
Это сейчас, учитывая мои находки, понятно, что вот такое уединение — ненормально, но до всего этого…
Тридцать минут посидеть с чашкой чая в тишине и в своих мыслях? Почему нет?
И я соглашалась со словами Алисы, что у каждого человека должно быть хотя бы полчаса времени на то, чтобы спрятаться в своем уголке.
Мы же не знали, что он за закрытой дверью не только чай пьет!
И, видимо, Алиса в отместку мужу тоже выделила себе тридцать минут “медитации” в библиотеке.
— Я тоже решила, что меня нельзя тревожить по утрам за чтением, — вздыхала она. — Верно говорю, Лиля? Ишь ты, эти мужики напридумывают правил, а у меня тоже могут быть правила.
А после смеялась.
Боже, какой изврат.
Как сейчас мне противно. И кажется, что я чувствую выдох мертвого свекра у щеки, который шепчет:
— Гордею повезло с тобой, Цветочек.
Никакой скорби, тоски и печали.
Вот ни капельки.
Хорошо, что помер, урод престарелый. Готова прийти на могилу и плюнуть на нее. Всех вокруг убедил в том, что он милый и пушистый, что он добрый, любящий и заботливый.
И как же меня злит то, что у меня нет сейчас возможности спрятаться за Гордеем, который тоже оказался лжецом.
Мне не найти у него защиты и поддержки.
Почему мы все были такими тупыми и наивными кроликами перед болотной тварью?
Нет смысла распускать сопли.
Встаю.
