Автор
Дом. Смех немного испортит атмосферу, но не умаляет загадочности момента. Под тонкой паутиной обнаженной груди и сдержанных слов — знаки растущей страсти между двумя людьми. Зависимость и надежда в каждом вздохе.
Я с ума сойду, если Виктор не поставит точку рад этой ситуацией. Если он не скажет, что верит только мне и больше никому.
Однако сейчас все происходит с точностью до наоборот. Он верит Антону и той Насте. Всем, кто ему говорит, что я веду какую-то игру с тем ублюдком Полянским. И да, Амиров собственноручно уничтожает нас.
Выхожу, сушу волосы, слышу снова, что звонит телефон, но сил пойти в спальню нет. Виктор вчера даже не обернулся, ничего не сказал мне, не ответил, а я готова была разреветься, да только смысл биться в истерике, если любимый человек не верит тебе? И вот, эмоции вырываются наружу сейчас, когда рядом никого нет и я могу хоть чуть опустошить душу, вылив слезы.
Всё-таки захожу в комнату, чтобы переодеться. Телефон все так же рвется и я беру его на руки. Усмехаюсь, увидев на экране номер матери Виктора.
Мое воспитание не позволяет ее назвать как-то плохо, однако... Прямо вырывается с губ: дрянь! Она притворялась, вела себя так, будто принимает наши отношения, а на деле ничего подобного.
Так, стоп... Может, это как раз она рассказала о Полянском? Ведь он пришел после Виктории Сергеевны. И да, она вполне могла бы увидеть его, подождать, что будет дальше...
А дальше... Я вышла и встретилась с ним. Но я же была зла, растеряна и удивлена, и Виктория Сергеевна это явно увидела. Да только решила иначе описать всю ситуацию сыну? Ну зачем?! Зачем наговаривать на меня, если я ни в чем не виновата?! Ведь принципы бумеранга никто не отменял!
— Да, — отвечаю я, прижав мобильный к уху.
Пусть не думает, что добилась своего. Пусть она посчитает, что у нас с Виктором все замечательно, раз настроение у меня хорошее.
— Здравствуй, Маша. Как ты? Как малыш? На УЗИ не сходила ещё?
Дрянь... Хочется вслух ее так назвать, но я, сцепив челюсти, молчу, впиваясь ногтями в ладонь.
— Нет ещё. На днях обязательно схожу. А вы как?
— Да прекрасно я, — чувствую, что она улыбается.
— Это по работе, — говорю и закатываю глаза. — У нас же все окей. Извините, Виктория Сергеевна, мне нужно уехать по делам. Созвонимся.
— Всего хорошего, Маша.
Быстро переодеваюсь. Натягиваю на себя джинсы, толстовку. Собираю волосы в высокий хвост. Не хочу терять время на макияж, которого и не хочу делать... Ни настроения, ни желания на это нет.
