Автор
В дьявольской игре предательства, где каждый шаг может стать последним, три брата на грани самопожертвования. Атмосфера книги окутана тьмой и мраком, как будто каждая страница обрушивается на читателя в потусторонний мир, где предательство становится не просто выбором, а самою жизнью....
Хоуп и Джордан сидели на кресле напротив нас, а Кэм расхаживал по полу с самодовольной ухмылкой на лице.
— Очевидно, так и есть, — проворчал я, пытаясь сидеть спокойно и не ерзать.
Тиган была приведена на кухню пятнадцать минут назад взбешенным Кайлом, и я чертовски волновался. Черт, я был в двух секундах от того, чтобы ворваться на эту кухню, и единственное, что меня сдерживало, это тот факт, что я уважал Кайла.
Разочарование в его глазах, когда он застал меня на диване с Тиган, было тем, что я не смогу так просто забыть.
— Папа сказал, чтобы ты шел домой, — добавил Колт веселым тоном. — Он с ума сойдет, когда поймет, что ты все еще здесь.
— На твоем месте я бы воспользовался карточкой на освобождение из тюрьмы, — предложил Кэм, остановившись, чтобы поправить звезду на верхушке рождественской елки, после чего продолжил вышагивать. — Нет ничего рыцарского в том, чтобы ждать, пока тебе надерут задницу чрезмерно заботливые родители.
— Вообще—то да, — огрызнулся Кэм, бросив взгляд на Логана. — Ты забыл о том, как Дэнни Валентайн застал меня в спальне Эми?
—Кэм вздрогнул и бросил злобный взгляд в сторону Джордана. — Благодаря этому придурку мое лицо оказалось так близко от той части унитаза, с которой моя задница знакома на интимном уровне.
— Извини, — сказал Джордан с ухмылкой. — Мой дядя немного.
— Ненормальный, — прошипел Кэм. — По—моему, слово, к которому ты склоняешься, это безумие, Джорд.
— Что происходит между тобой и Тиган? — Хоуп спросила ровным тоном, ее голубые глаза застыли на моем лице. — Если она просто очередная девушка, с которой ты планируешь развлекаться или использовать для секса...
— Она не просто очередная девчонка, — сказал я, встретив ее пристальный взгляд и вкладывая в каждое слово смысл. — Она для меня... нечто большее.
— О чем ты, черт возьми, говоришь, ты, большая вагина? — Кэм покачал головой и уставился на меня так, словно я говорил на иностранном языке.
— Если хочешь сохранить свою подвижность, советую тебе закрыть рот и не говорить о ней в таком тоне, — горячо зарычал я. — Никогда.
