Автор
В дьявольской игре предательства, где каждый шаг может стать последним, три брата на грани самопожертвования. Атмосфера книги окутана тьмой и мраком, как будто каждая страница обрушивается на читателя в потусторонний мир, где предательство становится не просто выбором, а самою жизнью.
— Движение может его задеть и привести к разрыву…
— Заткнись, — закричала я, прежде чем пнуть его кружку, которая упала на землю, когда он напал на мой рот, — в него. — Это был твой план с самого начала, не так ли? — потребовала я, и мои глаза наполнились слезами. — Отомстить мне за то, что я повредила твою машину, убив меня.
Ноа рассмеялся, а я завыла.
— Смерть от поцелуя, — всхлипнула я.
— Не волнуйся, — поддразнил Ноа. — Я подарю тебе поцелуй жизни.
— Ты достаточно сделал, — выплюнула я. — Ты регулярно словесно нападаешь на меня своим языком, но этого тебе мало, не так ли… о нет, теперь я задохнусь насмерть, потому что ты захотел надеть на него украшение..
— Тиган, успокойся.
— Надеюсь, она с тебя свалится, — прошипела я, прежде чем застонать. — Смертельно ранен куском металла, который коснулся гениталий другой девушки...— Мой живот вздыбился. — Меня сейчас стошнит.
— Тиган, ты не умрешь. — Схватив меня за плечи, Ноа держал меня неподвижно, двигая лицом из стороны в сторону, пока не поймал мой взгляд. — Ты не умираешь, ясно? — сказал он заметно мягче, потирая мои руки своими удивительно теплыми руками. — Ты не проглотила его.
Я почувствовала, что немного успокаиваюсь, и мне стало легче дышать. — Я не проглотила?
Он медленно покачал головой, глядя мне в глаза, прежде чем открыть рот, чтобы показать злой серебряный шарик, почетное место посередине его языка.
— Ты придурок, — сказал я, задыхаясь. — У меня чуть не случился сердечный приступ.
— Месть сладка, — усмехнулся он, все еще ухмыляясь мне. — Счастливого Хэллоуина, Торн.
— Ага, — выплюнул я, прежде чем поднять колено и врезать им Ноа в пах. — Тебе тоже, бандит—задница.
— Ты сумасшедшая сука, — прошипел он, падая на колени и застонав от боли.
— Надеюсь, он свалится с тебя, — прорычала я, направляясь обратно к своему дому. — И я не имею в виду твой язык.
****
Ноа
К тому времени, как я добрался до школы, у меня было паршивое настроение. Губы покалывало, а язык пульсировал.
О чем, черт возьми, я думал — целовать этот маленький кексик? Она назвала свою гитару Мартином и разговаривала с ней, как будто это был ее любимый ребенок, ради всего святого.
Ты поцеловал этот маленький кексик, потому что она первый человек, который поджигает тебя и заставляет чувствовать что— то, кроме онемения…
Качая головой, я пытался выкинуть из головы все мысли о Тиган, пока шел по студенческой парковке, но вид ее красного Civic сделал это невозможным.
