Автор
В дьявольской игре предательства, где каждый шаг может стать последним, три брата на грани самопожертвования. Атмосфера книги окутана тьмой и мраком, как будто каждая страница обрушивается на читателя в потусторонний мир, где предательство становится не просто выбором, а самою жизнью.
Наступила ночь Хэллоуина, на улице кромешная тьма, и я ненавидела темноту, по—настоящему ее ненавидела, поэтому, когда после десяти минут постоянного стука входная дверь открылась внутрь, и меня встретил малыш Картер, я рванула внутрь, не задумываясь о призраках — или приглашении.
— Конечно, проходи, — усмехнулся Логан, закрывая за мной дверь.
Я повернулась, чтобы извиниться перед ним за отсутствие манер, но быстро повернулсась снова, когда увидела, что он одет только в серые спортивные штаны, которые, кстати, полностью дополняли его серые глаза.
Что, черт возьми, с этими парнями?
— Ты полуголый, — сказала я ему, и мой голос прозвучал странно обвиняюще. — И глаза у тебя серые.
— Если честно, я была в душе, когда ты начала стучать в мою дверь, — сухо ответил Логан, пожимая плечами, на которую накинута футболка, что я не заметила раньше. — И я действительно не знаю, что тебе сказать обо всей этой истории с цветом глаз, — тихо добавил он. — Полагаю, ты можешь винить мою маму?
— Извини, — неуверенно ответила я. — Я не фанатка темноты — она меня нервирует.
— Все в порядке, — спокойно ответил Логан, жестом приглашая меня следовать за ним. — Все чего—то боятся.
— Хоуп здесь? — Я последовала за ним на кухню, нервно оглядываясь по сторонам.
— Нет, — пробормотал Логан, роясь в холодильнике и протягивая мне банку колы. — Она пошла в отель на ужин с Кэмом и Колтом.
— Спасибо. — Я взяла у Логана колу и пошла за ним по коридору в гостиную. Я знала, что мы направляемся в гостиную, потому что планировка этого дома была точно такой же, как у моего. — Как думаешь, она еще долго будет? — спросила я, переступая порог, застыв на месте, когда мой взгляд упал на…
— Что ты здесь делаешь? — потребовала я одновременно с ним.
— Во—первых, ты на моей улице, — прорычал Ноа, бросив контроллер Xbox, который он держал на журнальном столике, прежде чем подняться на ноги и двинуться ко мне. Он скрестил руки на груди, сердито глядя мне в лицо.
Черная майка, которую он носил, была пришита к его ребристой груди, и он выглядел слишком сексуально в серых спортивных штанах, которые низко сидели на его бедрах. Я могла видеть его форму V — его очень красивую форму V... — Затем ты в моей школе, а теперь ты в доме моего гребаного друга.
Мускулы на татуированных бицепсах Ноа напряглись, когда он сердито посмотрел на меня.
