В ропственной беседе рождается необычное объединение: два крайне разные личности — одного худощавого с кудрявыми волосами и другого массивного, но оба – будущие командир и штурман. Они идут по своим дорожкам в жизни, пока случай не сводит их вместе. Взгляд со стороны скажет о разнобойности, однако, внутри они обнаруживают нечто глубже - единство миссии и взаимопонимание....
Раненым никто помощь не оказывал, и будет ли оказывать — пока было неясно.
* * *Орки свалились на осажденный город и осаждающую его армию, как кара небесная! Большая орда, по примерным прикидкам Крега, не менее трех тысяч воинов, улюлюкая и завывая, выметнулась из леса и понеслась к городу.
Капитан гвардии отметил, что действовали орки не в своей обычной манере. Судя по их действиям, командовал ими кто-то очень авторитетный, раз они четко выполняли какой-то план, а не просто неслись кому куда нравится, как это происходило обычно.
К удивлению Крега, орки неслись к городу, построившись полумесяцем… «Надо же, — поймал себя на мысли Крег, — построившись! И это я об орках! Сказать кому, что орки начали что-то делать строем — меня засмеют! Да я бы первый высмеял того, кто мне это скажет! А вот теперь мне не смешно!»
Широкие крылья полумесяца охватывали осаждающих так, что уйти из-под удара, скорее всего, никому не удастся. «Да, при таком преимуществе это сделать не сложно! Хотя… опять же… это все-таки орки… Понятие дисциплины для них — это абстрактное понятие!» — все никак не мог успокоиться Крег.
Пока он изумлялся, орки вполне себе взяли осаждающих в кольцо Те были так обескуражены внезапным появлением орков у них за спиной, что почти не оказывали сопротивления и только осознание того, что в этот раз, почему-то, орки пленных не берут, сподвигло оставшихся пока в живых, попытаться организовать сопротивление.
Впрочем, запала у осаждающих хватило ненадолго и скоро некоторые из них попытались все-таки сдаться.
Не прекращая наблюдать за происходящими событиями, он подозвал кого-то из своих людей и послал срочно найти управляющего баронством Эдвина Берта и сказать, чтобы он срочно, прямо бросив все, бежал сюда.
То, что он переборщил со своим вызовом, он понял, когда услышал у себя за спиной тяжелое дыхание и надсадный кашель и впрямь прибежавшего сюда управляющего Обернувшись он с удивлением увидел его, стоящего согнувшись, уперев руки в колени, и сплевывающего на пол тягучую слюну.
— На, возьми, — он отстегнул от пояса фляжку и протянул ее другу.
Тот, не поднимая головы, отрицательно помотал ей из стороны в сторону.
— Возьми, я сказал! — жестко повторил капитан. — Прополощи рот и смочи горло.
