Осенью 1937 года страна ожидаемо вздрогнула. Война снова витала в воздухе — зловещая твердь "война" вертелась на каждом углу. Но все же официальное объявление о выдвижении наших войск стало для народа настоящим шоком. Ведь ранее главным был принцип не начинать военные действия до агрессии со стороны противника....
На это натолкнули факты об их оружии на самолетах, с помощью которых коммунисты навострились топить корабли. Поэтому прежде чем идти на отчет, глава абвера нашел человека, разбирающегося в ракетной тематике. Вернер фон Браун — талантливый инженер, сам конструирующий ракеты на жидкостном топливе.
— Ракета СССР — очень мощная, мы о такой можем в ближайшее время только мечтать, — говорил Канарису мужчина. — Очевидно, что у Советов давно велась ее разработка.
— Как часто они смогут наносить подобные удары? — задал Вильгельм самый главный вопрос.
— Не часто, — упокоил его инженер. — Вот только… каждый такой удар нельзя отразить, он может прилететь в любую точку Европы и его разрушительность…
— Не такая уж и высокая, — покачал головой Канарис. — Мы изучили данные по разрушениям в Лондон-Сити. Они высоки, но не запредельны.
— Дело в том, что Советы работают не только над ракетой, но и над полезной нагрузкой для нее. Возможно сейчас эта «полезная нагрузка» просто не сработала, как задумывалось.
И вот тогда фон Браун рассказал о работе своего тезки — Вернера Гейзенберга над делением атома. И их теоретические выкладки говорили о том, что в Лондоне был не взрыв, а лишь «веселый фейерверк». Что и проняло Канариса.
— Если они доведут до ума этот проект в ближайшее время, то смогут раз в неделю или месяц буквально стирать города, — прошептал фон Браун, с проникновением глядя в глаза разведчику. — А у нас нет никакой защиты против этого и в ближайший год — два даже не предвидится.
— Значит, мы должны отступить? Признать поражение? — кричал Гитлер, выслушав доклад Канариса.
— Выходит, что так.
— Но вы сами сказали — русские не могут стрелять такими ракетами каждую минуту! Да они еще даже не создали ту бомбу, которой вы меня пугаете! И мы должны просто поднять руки? Только потому, что они что-то там в теории могут⁈
— Нашей стране хватит одной бомбы…
— Вы трус! — перебил Канариса Гитлер. — Убирайтесь! Мне не нужен такой трусливый человек на посту главы Абвера!
— Чтож, — вздохнув, смежил на мгновение глаза Вильгельм, — вы сами так решили.
Допускать даже в теории гибель тысяч своих сограждан из-за фанатизма фюрера, который с началом войны не раз уже был на грани нервного срыва, Канарис, как истинный патриот, не собирался. Глухо прозвучал выстрел…
Вбежавшие на шум дежурившие в коридоре солдаты застали картину лежавшего на полу фюрера с дыркой в виске и пистолетом в откинутой в сторону руке.
