Автор
В обеденный час Джорджина Мэлори спускается в столовую, где ее ждет муж. Ее сыновья-близнецы, Гилберт и Адам, уже убегают по лестнице, оставив пустые тарелки на столе. Джорджина привыкла к их постоянному стремлению бежать, но теперь это вызывает больше сожаления, чем прежде. В этот день она планирует рассказать им страшную историю о прекрасной буре, которая изменит их взгляд на мир....
Когда Жаклин, наконец, услышала звяканье ключа в замке, у нее замерло сердце. Неужели она рада тому, что ублюдок возвращается? Какого черта?! И кстати, это вполне может быть и не он. Это может оказаться Жак с обедом. Поэтому девушка осталась сидеть у бюро."
"Но это был ублюдок, и, увидев ее сидящей у бюро на своем стуле, он на секунду замер. Ублюдок все еще был без рубашки, так что Жак видела, что хотя рана пока кровоточит, но крови стало гораздо меньше – ему явно поменяли повязку. И его кожа покраснела от лучей солнца.
– Почему ты, учитывая твое состояние, не передашь командование? – спросила она. – У тебя же есть первый помощник, он должен дать тебе отдохнуть и выздороветь.
– Ты без меня скучала?
Все с той же ненавистной ей улыбкой ублюдок медленно проследовал к своему бюро. Жаклин не стала освобождать стул, так что он полуприсел на край бюро: одна нога на полу, другая на весу. Это было чересчур – ублюдок был слишком близко и выглядел слишком мужественно, его грудь была слишком широка, мышцы на руках слишком мощны, и глаза по контрасту с его темной шевелюрой и темной щетиной слишком светлы.
Однако он тут же отвлек ее от этих мыслей:
– Мортимер действительно мой первый помощник, и он хорошо справляется со своими обязанностями. Но он не любит командовать и стоять за штурвалом.
– Все равно наверняка у тебя на борту есть полдюжины людей, которые справятся со штурвалом, – издевательски усмехнулась она.
– Вернуть нас в Англию?
Жаклин еле слышно застонала – зачем она сказала лишнее?
– Ну разумеется, нет.
– Ты не слишком искусная лгунья, Жак. Значит, даже ставил тебя за штурвал? Чему еще он тебя научил?
Девушка стиснула зубы и, резко вскочив, ринулась от бюро назад на кушетку.
– Ты здорово обгорел, – бросила она ему. – Довольно глупо было провести весь день на солнце без рубашки.
Ублюдок не ответил, и только когда Жаклин уселась на кушетке, снова скрестив ноги, она поняла, почему он все еще смотрел на ее ноги и явно был заворожен ее нынешним нарядом.
Не в силах отвести взгляд от ног девушки, капитан приложил пальцы ко лбу, вздохнул и сел на стул. Наконец после долгого молчания он произнес:
– Я даже не буду спрашивать тебя, где ты нашла эти бриджи, но вот вопрос: неужели ты и в самом деле собираешься их носить?
– Разумеется. Я всегда так одеваюсь в плавании.
