Автор
В мрачном замке, где властвует холод и печаль, ждет история о роковой натурщице. Когда светлые глаза Николь ярко блеснут в тени, она становится не просто персонажем — но живым зеркалом своих смеренных героев. Как ее души могут спастись в мире без любви и признания?
В конце концов, когда люди разошлись, Рамон направился к дому.
– Кто эти люди? – спросила она, быстро идя за ним следом.
Он стиснул зубы:
– Наши соседи и друзья детства Луиса.
Лицо Зуки скривилось от боли. Рамон снова решил, что она, вероятно, притворяется, чтобы скрыть свои истинные чувства.
Как же ему надоело женское притворство!
Ему надо выпить. Как можно скорее.
Но сначала необходимо встретиться с адвокатами.
Пройдя через террасу и прихожую, он зашагал в свой кабинет.
Там его ждали три доверенных адвоката, готовые исполнить любой его приказ.
– Мы будем проводить совещание на английском языке. Мисс Лангстон не говорит по-испански. – Рамон поднял бровь. – Или я ошибаюсь?
Она покачала головой, села и едва заметно улыбнулась:
– По-испански я умею только поздороваться и попрощаться.
Главный юридический представитель Рамона открыл лежащую перед ним папку.
– Вас вызвали сюда, мисс Лангстон, из-за дополнения к завещанию, которое Луис составил в начале этого года.
Рамон напрягся:
– Когда это было сделано?
– В мае, четыре месяца назад. Пятнадцатого мая, если быть точным.
У Зуки перехватило дыхание.
– Что? – спросил Рамон, хотя подозревал, что уже знает ответ.
– Это было на следующий день после… – Она поджала губы. Ему больше не надо ничего знать. Он понял, что это был день после того, как она впервые посетила частную клинику.
Рамон посмотрел на своего адвоката:
– Продолжайте.
– Мисс Лангстон, я полагаю, что дополнение было составлено в тот день, когда вы узнали о своей беременности? – спросил адвокат. Она кивнула. – Луис не изменил исходное завещание. Согласно дополнению, ваш ребенок должен был получать определенную финансовую помощь до своего восемнадцатилетия. Но в случае изменившихся обстоятельств, как и произошло, половина этой суммы должна была отойти к вам, но только по усмотрению брата Луиса.
Она покачала головой и посмотрела Рамону в глаза:
– Мне не нужны эти деньги.
"Адвокат поднял брови:
– Но вы не знаете размер суммы.
– Меня не волнует размер суммы. Я не хочу этих денег. Вы можете отдать их в любимый благотворительный фонд Луиса.
Рамон рассердился:
– Значит, ты так решила почтить его память? Ты небрежно бросаешь его деньги на благотворительные цели?
Глаза Зуки были темнее обычного. Она смотрела на Рамона с обидой. Вероятно, она любила его брата, насколько способно любить ее каменное сердце.
