Автор
Беда – драконица с огненной чешуей, обречённая на одиночество. Её смертоносные способности делают её опасной для всех, кроме одного благородного дракона, готового преодолеть страх ради дружбы. Вместе они борются против жестокой судьбы, пытаясь найти спасение и надежду в мире, где огонь...
Карапакс тоже обернулся и едва не сбился с крыла, разглядев чёрного незнакомца.
– Я был прав! – воскликнул он с тревогой. – Видишь? Он за нами следит!
– Да ну, – отмахнулась она, – пока просто смотрит. Странно, но не страшно. Вот если бы попробовал взглянуть поближе, получил бы в глаз… чем-то острым и горячим. Это для начала…
– Спасибо, хватит, – поморщился дракончик. – Лучше скажи, кого ты знаешь из ночных.
– Звездокрыла и ещё ту странноватую из академии… но этот гораздо крупнее обоих.
Карапакс нервно дёрнул хвостом и замахал крыльями чаще, впервые за весь полёт не отставая от Беды.
– До меня доходили слухи… – начал он.
Она насмешливо фыркнула.
– Сами доходили? Небось подслушивал потихоньку.
– А разве нельзя стоять в коридоре и слушать? – вскинулся морской. – Короче, Солнышко рассказывала Цунами, что у Тёрн из крепости сбежали двое узников. Может, это один из них стоит?
– Какое до нас дело узникам песчаных?
– Ну, не знаю тогда. Может, он работает на Пурпур… или этот… её новый союзник.
Беда резко развернулась в воздухе. Как же она забыла? Что, если их преследует тот самый дракомант?
«Выходит тогда, в списке Пурпур я стою первой?»
Чёрный силуэт уже исчез с груды камней на берегу.
– Чудесно! – прорычала Беда. – Ты не мог подумать раньше? Теперь остаётся только переживать, а я переживать просто ненавижу!
– Ничего, нам скоро уже плыть, – ободрил её морской дракончик, – можешь для разнообразия попереживать об этом. – Он прижал крылья к бокам, пикируя к воде.
Беда неохотно последовала за ним. В самом деле, хватит переживать о том, чего не можешь изменить. Подождём, пока таинственный преследователь снова покажется, и уж тогда получит свою порцию огня!
Она поджала лапы, ощущая жар чешуи, и с шипением плюхнулась в воду позади Карапакса.
В реке было очень холодно, очень сыро и полно чего-то мягкого и скользкого. Вот же гадость! Мягкое и скользкое – рыбы? – то и дело касалось боков и лап, отскакивало в сторону… но не вспыхивало пламенем – вот что самое странное! Вода давила со всех сторон, вызывая тревожное чувство.
Что ещё неприятно, нескладный и неуклюжий в полёте морской, оказавшись в родной стихии, сразу ушёл вперёд, и его никак не удавалось догнать. Мощно загребая крыльями и отталкиваясь хвостом, дракончик скользил как рыба, в то время как Беда неуклюже барахталась, отдуваясь и отплёвываясь. Она ощущала себя каким-то бегемотом.
А вот и сам бегемот. Он проплыл мимо, окинув её презрительным взглядом.
