С разными эмоциями, кстати…
— А как, воин, не слабо сойтись с Бронзовым Самура на «кто ты такой?» Э?
Угля бросил затравленный взгляд на устрашающие фигуры за моей спиной, отчетливо побледнел, но проглотив ком, что, похоже, пережал ему горло, решительно выкрикнул:
— Бейся до смерть! — вот только голосок в конце несколько петуха дал.
Из строя послышались уничижительные гыгыки, и это меня как-то сразу напрягло.
— Заткнулись там! Осмелели? Может кто-то вместо него выйдет?
— А что мой за то будет? — вдруг раздался скрипучий голос.
Ага, этот тот, жесткий. Ну, не удивлён.
— Ничего не будет. Я вас и так отпущу на все четыре стороны. Дадим под жопу для ускорения и валите. А выйти против Бронзового Самура просто так, показать, что в коленках не слаб, что мужик и воин. Только биться будете до смерти. Выйдешь?
Ничего не ответил. Только катнул желваки на скулах, да зыркнул по сторонам. И остальные сдулись. Прикрылись ушами, втянули головы в плечи… Ну да, ну да, когда и так отпустят, нахрена бы надо.
— Ну, — повернулся я к Угле, — а ты не передумал? Отдадим колотушку, и вали со своим барабаном.
Ах, как хотелось парню сдать назад, как ему было страшно, но… Стержень, мать его! Точно такой же, как и у остальных Самура. Только еще и усиленный юным максимализмом. Наш клиент.
— Мой бейся… — сцепив зубы, решительно тряхнул он пучком волос с одинокой косточкой типа заколки.
— Копьё, бронзовый кинжал, боевой мосол со щитом?
— Нет, — опустил он голову, — нож. Моя только нож умей. Совсем мало-мало. Учи моя бей в барабан отваги. Моя очень хорош в держи ритм. Много ритм знай. Не помог. Страшный Зверь отними колотушка. Позор… Дай нож, Господин Мо, — уставился прямо мне в глаза Угля, — буду бейся на смерть с Бронзовый Самура. Угля не хоти умри Большой Гайгуль на позорный крест, Угля хоти умри, как воин. Угля хоти бейся с Бронзовым Самура.
Хотел я чуток шуткануть над малым, так-то сразу почувствовал — он наш клиент, а оно вон как вышло. Серьёзно… Все вокруг притихли.
— Будешь биться с Самура, — положил я руку на худое плечо парня, — Но и нас не считай бесчестными. Сейчас не готов ты. Мы тебя заберём с собой, откормим, основательно потренируем, и вот тогда! Чтоб на равных. Понимаешь?
Угля потерянно кивнул, растерянно переводя взор с одного лица на другое, словно ища подвох.
Он неопределённо пожал плечами, уперевшись взглядом в барабан.
— Забирайте! — подтолкнул я мелкого в сторону Самура, — Вместе с барабаном…
— Так, а это что за тело?
В конце строя валялась окровавленная тушка. По прикиду — щаман. Несколько глубоких колотых ран на груди и рваная рана через всю морду.
— Шаман Чукмы, — глухо отозвался из-под маски Тутук.
— Вот оно как… От судьбы не убежишь, да. И кто его?
— Мой! — стукнул Тутук кулаком в грудную пластину.