Собственно, уже всё готово для последней части марлезонского балета, осталось взбодрить Хруунга, чтобы он поскакал в нужном нам направлении, ничего не видя и не слыша. Чтобы нёсся, пылая гневом, изрыгая маты и слюни. Всей толпой! Как это сделать? Постучатся в ворота его Большого Гайгуля…
К городу хобол мы подошли, почти не скрываясь. Ночью. Неспеша установили батарею миномётов на удобной закрытой позиции, расположили прикрытие из пулемётов, группа икарусов-корректировщиков устроилась на скале, что высилась прямо над Большим Гайгулем. На одной, незаметной снизу, каменной полке обосновались и мы с Мими. Я собственными глазами хотел посмотреть раннюю побудку хобол. Ну, и свои винтовки прихватили. Может, подстрелим кого из важных под шумок.
Приблизительное расположение жилищ мы знали. На северной, дальней от нас стороне, компактно стояли шалаши и шатры женского квартала, если так можно сказать. Чуть в стороне от них проживали хоб. Так что, в эту сторону стрелять мы не собирались, ну а если и залетит какая мина, тут уж что уж… Остальной гайгуль был в полном распоряжении артиллеристов.
Я присмотрелся к тёмному скоплению кособоких вигвамов, к палаткам, шатрам и всяческим навесам, раскинувшимся у меня под ногами. Там было почти тихо. Так, невнятное, очень редкое шевеление то там, то здесь. Большой Гайгуль никогда не затихал окончательно.
— Котик, — обратился я к Мими, — увидишь Джавдета — не убивай. Он мой.
— Какого Джавдета? — уставилась на меня расширившимися, невозможно огромными глазами принцесса.
— Я имею ввиду Хруунга. Извини оговорился.
— Тебе надо отдохнуть, — мягко провела пушистым хвостом по моей щеке Мими, — Ты устал, мой господин.
— Мы все устали, — улыбнулся я своим воспоминаниям о Саиде, который хотел лично убить Джавдета, — Ничего, скоро отдохнём. Начнем созидательно вкалывать так, что пяткам будет потно.
— Конечно! Ведь перемена рода деятельности — тоже своего рода отдых.
Мими ничего не ответила, только ласково улыбнулась.
— Начинайте! — кивнул я одному из икарусов с семафором в руках.
Он шустро отбил сообщение, и глухие хлопки всколыхнули предутреннюю тишину.
Первые пристрелочные мины упали на стены гайгуля. Вроде, и нет накрытия, но тоже получилось неплохо. Две воздушные разметали частокол и камни вала, а одна огненная подожгла надвратную башню. Корректировщики тут же застучали заслонками, посылая поправки миномётчикам.
Буквально, два десятка секунд, и следующий залп лёг прямо посреди скопления жилищ!
"Есть накрытие! — отстучали сигнальные фонари на позиции миномётчиков, — Так держать!".