И все дружно покивали, соглашаясь…
— Графья, — кинул я не оборачиваясь, — ну-ка, сотворите мне громкоговоритель. Что-то мне сегодня горлышко напрягать неохота.
Они охотно подскочили ко мне со спины, что-то там помагичили скоренько…
— Кгм… — и только эхо прокатилось по окрестностям, да присели за частоколом, обвиснув ушами, хобол, — Раз! Раз… Нормально, — кивнул я благодарно брату с сестрой.
— Ушлёпки! — обратился я к притихшим жителям гайгуля, — Знаете, кто я?
По рядам прошелся невнятный ропот… Ну, ещё бы им меня не знать, ужасного Господина Мо! Зря что ли я у них на кресте говном обстреливался, хе-хе…
— Слушаем меня внимательно! — продолжил я, — Сейчас вы откроете ворота, хлеб с солью не надо, а вот воины выйдут и сложат оружие, амулеты и все ценности, которые есть на себе. Так же выйдут шаманы, если они есть, плеватели и бей-стучи в барабан отваги. Кстати, барабан тоже сдать, как и шаманские бубны, свирели, погремушки и остальную хрень волшебную. Особо предупреждаю плевателей: если замечу намёк на попытку плюнуть куда-нибудь в принципе, скормлю всех оптом вот этому красавцу, — похлопал я ладонью по упругой шкуре Головастика, — А эти, — повёл я рукой на костянок, — ему помогут.
— Этот жрёт просто, без затей, — доверительно поделился я с охреневшими слушателями, — а червяки любят поиграться. Откусят полноги и заставляют по полю бегать…
— Но это я так, лирически отвлёкся. Дамы и дети, — продолжил я, — рассасываются по фигвамам и сидят там очень тихо! Иначе, — я сделал многозначительную паузу, — нашим Зверям Призыва всё равно, кого кушать.
В ответ раздались невнятный вой, крики, и часть зелёных морд пропала за частоколом с топотом и воплями.
— Это правильно, — покивал я удовлетворительно, — Однако, продолжим. Если вы будете вести себя хорошо, отвечать на все интересующие нас вопросы, сотрудничать, тогда мы вас и пальцем не тронем. Ограбим, конечно, не без этого, — под ехидные улыбки остальной компании уточнил я, — но все останутся живы и невредимы. А чуть позже я решу вашу дальнейшую судьбу. И да, чтобы у вас не осталось никаких иллюзий… Бобо!
Ороос сунул руку в волшебную сумку и достал отрубленную голову Хруунга. Вытянув её в сторону частокола и ворот, он некоторое время держал её, а потом бросил под ноги.
Боль, отчаянье, страх и злоба отразились на лицах хобол. С воплями от частокола отпрянула ещё большая часть детских и женских лиц.
— Внемлите! — гаркнул вдруг, перекрывая шум, Бобо, — Великий и Ужасный Господин Мо победил вашего вождя Хруунга в — Кто ты такой! До смерть! И, по праву сильного, всё теперь принадлежит ему! Открыть ворота! Сложить оружие! Склонится перед повелителем ваших судеб!
И они открыли ворота…
А потом настало очень наряженное и насыщенное время.