И потом, — я серьезно глянул ей в глаза, — быть близко, но не рядом — мука. Пусть между нами будет океан с непреодолимыми Мёртвыми Водами, так мне легче.
Она смотрела на меня, влага вновь собралась в уголках её глаз. Я чувствовал тепло её тела и стук сердца её.
— Люби меня, мой господин, — прошептали её губы, — Ласкай, наслаждайся каждым мгновением, пока мы рядом. Ты навсегда останешься моим Тсяшш Миммарр.
Принцесса, возможно, сердцем и не согласилась, но разумом приняла мои доводы. Не стала канючить исключительно по-женски. Приводить доводы за совместный полёт, их у неё могло быть немало, и некоторые, даже на мой взгляд, вполне весомые. Тем более, не кидалась упреками… Не тот характер, да и воспитание не то. Но взгрустнулось ей основательно. Слегка притухли озорные глаза, улыбка сделалась всё больше печальной, а весёлый смех вообще исчез. Иногда могла пропустить вопрос или ответить не впопад…
Брат, конечно, тут же сообразил, что что-то не то. Прижал к груди, погладил по голове, спросил: что случилось? Ну, она и разрыдалась ему в "жилетку". Засморкала весь его хвост. Излила, так сказать… Мур сдал остальным. Бобо, Круку, Безухому.
И вот, вся "тёплая" компашка", призвала меня на разговор. Набились в нашу не слишком большую, но уютную юрту, расселись, вперили в меня напряженные взгляды… Словно требовательные преподы в нашкодившего хулигана-двоишника Мне даже, вдруг, смешно стало, забавные они такие, будто дети, хотя для меня они и по разряду правнуков сгодятся. Забавные, но такие близкие, правильные ребята, настоящие друзья, а Мими — так и больше того.
— Ну? — нарушив молчание, пробасил Крук.
— Грубый всё же ты чел, розовый, — покачал я головой, — никакого воспитания. Сейчас, — не дал я никому сказать слова, — внемлите, ибо буду говорить о важном.
Это у нас такая кодовая фраза, ещё со времён сидения под горой. Означает — слушать, не перебивать, молчать и запоминать.
— Я думал, этот разговор будет несколько позже, но случилось, как случилось, — я улыбнулся Мими, — И раз так, и вы собрались с серьёзным намерением меня послушать, то и откладывать смысла не вижу. Однако, я не буду говорить, почему я не лечу с вами, не лечу, потому что… Я останусь, и это не обсуждается.
Я внимательно окинул взглядам ребят. Видно было, что они хотели бы знать причину, но… решение моё принято и оспаривать его, как решение их номинального командира, в чём-то учителя, старшего товарища и просто друга, не станут, И это хорошо…
— Мими уже знает, а теперь узнаете и вы, что будет вашей самой главной задачей, когда вы вернётесь домой. В том, что вы вернётесь, у меня никаких сомнений.
И для начала я расскажу о глобальном изменении, что ждет страны, народы и саму Океанию очень скоро.