На Приморской, где таксисты боятся останавливаться даже на минуту, произошла непростая встреча. Здесь живут наркоманы и алкоголики со времен сталинского режима, когда их называли "морфинистами" и лицами уклоняющимися от общественно-полезного труда. Прошло много лет, и ничего не изменилось. В этом месте начинается история о непростом расследовании преступления....
Когда он поднялся с кручи набережной на городскую мостовую, его и милиционеров отделяли не более десяти метров. Что такое десять метров бега, выраженные во временном значении? Это одна машина, проезжающая мимо, которую нужно пропустить.
И она шла уверенно, водитель понимал, что человек в куртке, вынырнувший как из-под земли, бросаться под колеса не станет. Серебристая «Королла» шла по дороге, как по рельсам, – ровно и быстро.
Водитель ожидал только одного: взмыленный человек остановится, пропустит машину и последует дальше.
Однако произошло то, что не могло ему присниться в дурном сне.
Появившийся парень разбежался от обочины, скользнул на крышу, перекатился по ней, вдавливая локтями серебристую поверхность, проехал верхом около двадцати метров и скатился с другой стороны.
Тормоза, вооруженные ABS, застучали, водитель почувствовал, как по спине его прошлась горячая волна ужаса за машину (не за человека), и остановился только метрах в пятидесяти от происшествия.
Крыша… Нынче на машинах не ездят, как раньше, по десять лет.
Лох может поверить, что бампер на машине менялся не от лобового удара, а от мороза («Японская машина – чего ты хочешь? Где в Японии такие морозы?»).
Водитель «Короллы», уже прямо-таки слыша, как на вопрос лоха о том, почему ремонтировалась крыша, он будет отвечать: «Преступник, уходя от погони, прыгнул на машину», вытащил из-под сиденья бейсбольную биту и ринулся помогать милиционерам. Последние на ровном месте чувствовали себя менее уверенно, чем на подъеме, расстояние между ними и «прыгуном» начало увеличиваться, и водитель решил помочь.
