Оленинскую степную равнину, где раскиданы огромные деревья и рощицы акаций, кипарисов и других засушливых растений, омывает извилистая река. Ее берега усеяны густыми зарослями камыша и кустарников, на которых время от времени взмокают стаи вспугнутых птиц.
Нет, это же уму непостижимо – существует мир, в котором Россия является самой влиятельной и могущественной державой, раскинувшись от Аляски на востоке, до Польши на западе, и от Мурмана на севере до порта императора Михаила на жарком персидском побережье Индийского океана!
Как же такое могло случиться, ведь нас долго и упорно убеждали, что история не имеет сослагательного наклонения? То, что я обнаружила, просто ошеломило меня. Оказывается там, в том мире, ничего не слышали ни о каких революциях, типа Октябрьской, Февральской, вкупе с революцией 1905 года, а император Николай II не был расстрелян в подвале Ипатьевского дома, а значительно раньше погиб под бомбами террористов.
Получив эту информацию, я поняла, что заниматься дальше этим вот так, стоя на ногах, было просто бессмысленно, информация повторялась, накладывалась слоями, и к тому же и я и Лиза начали очень сильно уставать.
Прервав контакт, я тряхнула головой и устало посмотрела на нашего командира, сказав:"
"– Сергей Сергеич, в двух словах этого не рассказать, но явно эти двое происходят совсем не из нашего мира… Настолько не нашего, что даже трудно и осознать.
Капитан Серегин Сергей Сергеевич.
Вот это был номер, и, кажется, не только для одного меня. У мадмуазель Волконской тоже был вид, как у гусыни, попавшей на заседание куриного ареопага – шея вытянута, глаза выпучены.
– Э-э-э, капитан, – растерянно произнесла она, – как это так, что мы не из вашего мира? А откуда же тогда вы взялись, позвольте узнать?
– А вот так – из другого, и все! – вместо меня ответила Птица, спешиваясь со своей Звездочки при помощи Дока.
