Вишневич поднялся на небольшой холм, с ним десяток полководцев и сотня охраны, наблюдал с холодным презрением. Один из его полководцев, Шалам, подозвал молодого начальника охраны, шепнул, тот радостно засмеялся, вскочил на коня. Его унесло, словно сухой лист, подхваченный ветром.
– Куда ты его? – спросил Вишневич с подозрением. – Шалам, ты рискуешь.
– Пусть посмотрит, – объяснил Шалам. – Пока еще никому не удалось выбить его из седла.
– Посмотрит или ввяжется в двобой?
– Посмотрит, насколько прославленные артане хороши на самом деле.
Надар, сын Шалама, один из лучших двобойцев Куявии, поскакал прямо к стану артан. Дозорные всполошились, он проскакал перед ними, быстрый и сверкающий, захохотал, они успели увидеть только, как огромный конь развернулся на скаку и понес всадника обратно к войску.
– У них добротное воинство, – доложил он отцу, Вишневич внимательно слушал тоже. – Хорошее вооружение… для артан. Но с нашим не сравнить! Хоть мы и не любим воевать, но толк в оружии знаем. Можно напасть сразу, пока не успели окопаться.
– Артане не окапываются, – объяснил Шалам. – Они полагают, что крепость не в стенах и защитных валах, а в собственной доблести.
– Правильно считают, – крикнул Надар. – Так нападем? Или хотя бы я покажу свою удаль и мощь в поединке?
Шалам не успел ответить, вмешался Вишневич:
– Первый поединок – лицо всей армии. Опасно, если вдруг рухнешь с седла. Все упадут духом. Мол, плохое предзнаменование… Лучше для поединка выставить неизвестного бойца. У нас немало молодых богатырей, которые еще не стяжали сланы. Такой вылетит из седла – позор не падет на нас, а если такое с витязем, уже известным отвагой и крепостью рук…
Шаламу не понравились такие речи, сказал заносчиво:
– Княже, достойные ли речи о моем сыне?.. Твоем троюродном племяннике?.. Надар, надевай свои лучшие доспехи! Покажи этим дикарям, что быть в составе войск Куявии – вовсе но значит быть трусами и слабыми!
Надар понесся как стрела, из лагеря артан за ним наблюдали с тревогой. Всадник огромен, конь под ним как гора, но лицо молодое, бесстрашное, такой всегда неутомим и яростен в бою, стараясь выказать себя перед своими в самом лучшем виде.
– Кто выйдет на поединок со мной? – прокричал он. – Я, Надар, сын великого Шалама, вызываю любого из вас на бой любым оружием!
Он поднял коня на дыбы, тот заржал, передние копыта помесили воздух. Устрашенные артане молча оценили огромные, как тарелки, копыта жеребца, толстые ноги, обвитые такими же толстыми жилами.
Щецин в бессилии огляделся по сторонам.