Вспышка перед глазами – и Нокс увидел себя в гуще сражения.
Всепоглощающая ярость. Руки сводит судорогой от напряжения и усталости. Рана в бедре с каждым движением отзывается все сильней, глаза заливает потом, руки и меч – фиолетовой липкой кровью... Уродливые морды вокруг, под ногами – крылатые трупы. Красный меч с хрустом разрубает голову демона, и очередная тварь падает ему под ноги...
Яркое солнце, острый запах горелого человеческого мяса. Трупы. Пепел. Обожженные стены храмов. А он бежит мимо тела женщины, напрасно пытавшейся прикрыть собой свое дитя, мимо корчащегося в агонии и кричащего мужчины, у которого половина тела превратилась в кусок горелого мяса – туда, к высокому крыльцу, вбегает в еще пылающие двери – и опускается на колени перед опаленным телом, у которого не осталось лица.
На почерневшем пальце сияет зачарованное родовое кольцо...
Он срывает со спины плащ, заворачивает в него тело и, бережно прижимая его к груди, как спящего ребенка, несет на руках.
..
Ту, что когда-то носила на руках его самого.
Ту, чьи нежные белые руки так любил целовать в детстве.
Ту, чьи золотистые косы стали серебряными после смерти отца.
Ту, чей голос спел ему так много песен...
Мать...
Чувство вины разъедает вены, отравленным клинком снова и снова вонзается в грудь. Не защитил. Не спас. Не успел...
Какая-то девушка бросается ему под ноги и, рыдая, целует свешивающийся с обвитого плащом тела испачканный сажей край. Еще чуть дальше толпа живых, завидев его со страшной ношей, медленно опускается на колени.
– Да войдет в вечный свет та женщина, что выносила и родила тебя!.. – восклицает кто-то позади.
– Король, чтоб он сдох, нас бросил здесь умирать!..– истошно кричит старуха, прижимая к себе живое плачущее дитя. – А ты со своими воинами защитил, убил демонов – вот кто должен быть королем!
– Я – не король! – рычит он в ответ. – Я – Альтарган...
– Так прими нас, Альтарган! – хрипит мужской голос.
– Клятвой древних, прими нас, защитник людей! Не отвергни! – несется по толпе измученный стон.
– Прими нас!.. Защити!.."
"И он останавливается, оборачивается на тех, кому удалось сохранить жизнь. Кого успел спасти.
– Не отвергни нас, Альтарган! – кричат ему люди.
И он, наконец, отвечает им.
Грозный возглас рокотом звучит над их склоненными головами.
– Принимаю!..
Нокса трясло. Он пытался выбраться из лабиринтов чужой памяти – но словно заблудился в нем.
