Герой, вернувшийся к жизни через столетия, оказывается в ловушке собственного прошлого. Люди ненавидят его, хотя он спасал их. А древний враг, которого он некогда победил, вновь встал на пути человечества. Теперь герою предстоит выбор: найти силы в беспомощном теле или признать свое поражение.
Раздел Chitat.online для книги «Приговоренный к изгнанию» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой, вернувшийся к жизни через столетия, оказывается в ловушке собственного прошлого. Люди ненавидят его, хотя он спасал их. А древний враг, которого он некогда победил, вновь встал на пути человечества. Теперь герою предстоит выбор: найти силы в беспомощном теле или признать свое поражение.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой, вернувшийся к жизни через столетия, оказывается в ловушке собственного прошлого. Люди ненавидят его, хотя он спасал их. А древний враг, которого он некогда победил, вновь встал на пути человечества. Теперь герою предстоит выбор: найти силы в беспомощном теле или признать свое поражение.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Я щас! – с готовностью откликнулся Бруно и рванулся к выходу, едва не сбивая бедную старушку с ног.
– А говорила, что даже имя не вспомнишь, – с улыбкой проговорил Рик, щурясь на светлое лицо Берты, как на солнце.
– Так а я, может, и забыла, да друг твой напомнил, – отозвалась та, надменно выгибая бровь.
– Правда?..
В ответ Берта улыбнулась хорошей, искренней улыбкой.
– Нет конечно. Но я же, когда это говорила, еще и понятия не имела, под чем подписываюсь, – шутливо заметила она.
– Спасибо, что вытащила меня... Я знаю, каких усилий стоит заставить кого-то жить, – очень тихо произнес Рик, выговаривая слова так, будто они давались ему с трудом.
И тут опять застонал бородач справа:
– Сестрица!.. Пятеро деток сиротами останутся!.. Пожалей, сестрица!..
Улыбка улетучилась с лица Берты, хмурая морщинка рассекла высокий лоб.
– Уходить мне пора.
– Знаю. Только... Слушай, я тогда был пьяным и наглым, и...
– Прощения просишь? – удивилась Берта.
Рик хитро прищурился.
– Не-а. Хочу исправиться... в следующий раз.
Берта рассмеялась.
– Боюсь тебя огорчать, но наглый ты, судя по всему, даже трезвый и при смерти!
И, наклонившись к его уху, проговорила:
– И с тебя, вообще-то, еще за прошлый раз реванш причитается, Рик Нортон..."
"Ощутить бы это дыхание на вкус, подняться с проклятой лавки и запустить пальцы в мягкие волосы на светлом затылке... Он скользнул ладонью по ее бедру вверх – но тут раздался звук распахнувшейся двери в целебницу, и Рик покорно убрал руки от Берты. Девушка выпрямилась, улыбнулась.
– Выздоравливай скорей, – сказала она на прощанье, и направилась к выходу. Вытащив из кошелька несколько золотых, она сунула их охнувшей от такого щедрого пожертвования сестре.
– На новые простыни и Маритиму, одну – бородатому в конце коридора, – бросила она старухе.
– Помогай вам свет, госпожа! – прослезилась та. – Помогай вам свет! Все сделаю!
Берта вышла на улицу, а Бруно тем временем с гордостью выложил перед Риком штаны, рубаху, сапоги и кожаный жилет со множеством карманов.
– Надевай!
Рик удивленно развел руками.
– Ты где это так быстро посреди ночи нашел?
– Где-где, на ремесленнике! Вот где. Одевайся и пойдем уже отсюда!
– Я не понял, ты кого-то раздел, что ли? – недоумевающе воскликнул Рик.
– А как еще я, по-твоему, мог сейчас одежду достать? Или надо было на другой конец города, в таверну нестись? Ничего, побегает малость голышом – не развалится...
Рик расхохотался.
– А если он сейчас стражника приведет?
– Скажу – пьяный был, сам продал, а теперь не помнит, – ответил Бруно, и, белозубо улыбнувшись, добавил. – Но ты все-таки одевайся живей.
Рик только головой покачал и принялся наскоро натягивать на себя одежду. Но стоило ему встать, как все перед глазами поплыло, а ноги подкосились. Бруно поспешно подставил ему плечо.
