Эраст Фандорин, воплощение аристократического идеала, оказывается в центре событий, где его жизнь переплетается с тайнами и интригами. Серия повествует о приключениях Фандорина, раскрывая загадки и драматические повороты.
Раздел Chitat.online для книги «Приключения Эраста Фандорина» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Эраст Фандорин, воплощение аристократического идеала, оказывается в центре событий, где его жизнь переплетается с тайнами и интригами. Серия повествует о приключениях Фандорина, раскрывая загадки и драматические повороты.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Борис Акунин Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Эраст Фандорин, воплощение аристократического идеала, оказывается в центре событий, где его жизнь переплетается с тайнами и интригами. Серия повествует о приключениях Фандорина, раскрывая загадки и драматические повороты.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Убийца? Не убийцы? Установлено, что преступник б-был один?
– Видимо, так. Соседи показали, что Самшитов никогда не обслуживал и даже не пускал в лавку более одного посетителя, сразу запирал дверь. Очень боялся ограбления, ведь Хитровка близко.
– Никаких. Даже в лавке ничего не взято, хотя там в стеклянной витрине лежали кое-какие безделушки – гразда, невеликой ценности. Я же говорю: всё произошло в этой комнате.
Эраст Петрович покачал головой, вышел в лавку. Чиновник и Маса за ним. Сенька тоже, чтоб не оставаться одному в забрызганной кровью комнате.
– А это что? – показал Эраст Петрович на птичью клетку.
В ней, откинув хохластую башку, валялся попугай Левончик.
Сергей Никифорович пожал плечами:
– Попугаи – птицы нервные, чувствительные к шуму. А тут, поди, криков и стонов было… Сердчишко не выдержало. Или, может, не покормили его вовремя.
– Дверца открыта. Да и… Э-э, гляди-ка, Маса. – Эраст Петрович взял трупик в руку, передал японцу. Тот поцокал языком:
– Баську свернури. Убийство.
– Да, жалко эксперт не освидетельствовал, – хмыкнул полицейский – видно, решил, что азиат шутит, но Сенька-то знал: для сенсея душа она и есть душа, хоть человеческая, хоть птичья.
– Как понизился профессионализм московского сыска, – печально молвил Эраст Петрович. – Десять лет назад подобная небрежность была бы невообразима.
– И не говорите, – ещё горше вздохнул Сергей Никифорович. – Сейчас не то что при вас. Верите ли, никакого удовольствия от работы. Одной результативности требуют, а доказательность никого не заботит. О торжестве справедливости и вовсе говорить нечего. У начальства другие заботы. Между прочим, – понизил он голос, – я не стал по телефону… Ваше пребывание в Москве не составляет тайны. Я по случайности видел на столе у полицмейстера секретное предписание установить ваше местопребывание и организовать негласную слежку. Кто-то вас видел, узнал и донёс.
Эраст Петрович этому известию нисколько не расстроился, а даже, кажется, был польщён:
– Немудрёно, меня в Москве, знают многие. И, видно, не забывают. Благодарю вас, Субботин. Я знаю, как вы рисковали, и ценю. П-прощайте.
Он пожал очкастому руку, а тот сконфуженно пробормотал:
– Ерунда. Вы бы все же поосторожней… Кто их знает, что у них на уме. Его высочество злопамятен.
У кого “у них” и что за “высочество”, Сенька не понял.
Из Самшитовского двора вышли переулком в Лубянский проезд, оттуда повернули к скверу.
У первой же скамейки Эраст Петрович жестом пригласил: присядем.
Сели. Сенька посерёдке, эти двое по бокам. Чисто арестант под конвоем.
– Ну-с, господин Шопенгауэр, – повернулся к нему Эраст Петрович. – Поговорим?
– А чего я-то? – пробурчал Скорик, предвидя нехорошее. – Я знать ничего не знаю.
– Дедукция доказывает обратное.
