– Предложите им сдаться.
– Клади оружие, болваны! – кричал с берега поручик. – Куда вам деться? Сдавайтесь!
Деться эсэрам и в самом деле теперь было некуда. Над водой клубился неплотный предрассветный туман, тьма таяла на глазах, а по обе стороны реки залети жандармы, так что даже поодиночке, вплавь, было не уйти.
У рубки кучкой собрались уцелевшие – похоже, совещались.
Потом один выпрямился во весь рост.
Акробат, он же штабс-капитан Рыбников – несмотря на расстояние, ошибиться было невозможно.
На буксире нестройно запели, а японский шпион разбежался и перескочил на баржу.
– Что это он? Что делать? – нервно спросил поручик.
– «Врагу не сдается наш гордый „Варяг“, пощады никто не желает!» – донеслось с буксира.
– Стреляйте, стреляйте! – воскликнул Фандорин, увидев, как у Акробата в руках вспыхивает маленький огонек, похожий на бенгальский. – Это динамитная шашка!
Но было поздно. Шашка полетела в трюм баржи, а фальшивый штабс-капитан, дернув с борта спасательный круг, прыгнул в реку.
Секунду спустя баржа вздыбилась, переломленная надвое несколькими мощными взрывами. Передняя половина подпрыгнула и накрыла собою буксир. В воздух летели куски дерева и металла, по воде растекалось пылающее топливо.
– Ложи-ись! – отчаянно заорал поручик, но жандармы и без команды уже попадали на землю, прикрыв голову руками.
Подле Фандорина в землю врезалось согнутое винтовочное дуло. Брянцев с ужасом смотрел на шлепнувшуюся рядом с ним ручную гранату. Та бешено вертелась, поблескивая фабричной смазкой.
– Не бойтесь, не взорвется, – сказал ему инженер. – Она без взрывателя.
Офицер сконфуженно поднялся.
– Все целы? – браво рявкнул он. – Выходи строиться, перекличка. Эй, фельдфебель! – крикнул, сложив руки рупором. – Твои как?
– Одного зацепило, вашбродь! – донеслось с того берега.
На этой стороне обломками зашибло двоих, но несильно.
Пока перевязывали раненых, инженер вернулся к мосту, где давеча приметил будку бакенщика.
Назад, к месту взрыва, приплыл на лодке. Греб бакенщик, Фандорин же стоял на носу и смотрел на щепки и масляные пятна, которыми была покрыта вся поверхность реки.
– Позволите к вам? – попросился Брянцев. Минуту спустя, уже оказавшись в лодке, спросил. – Что вы высматриваете? Господа революционеры на дне, это ясно. После приедут водолазы, поднимут трупы. И груз – сколько найдут.
– Здесь глубоко? – повернулся инженер к гребцу.
– Об эту пору сажени две будет. Местами даже три. Летом, как солнце нажарит, помельчает, а пока глыбко.
Лодка медленно плыла вниз по течению. Эраст Петрович все не отрывал глаз от воды.
– Этот, что шашку кинул, отчаянный какой, – сказал Брянцев. – Не спас его круг. Глядите, вон плывет.