«Совсем неплохо, если ее родители тебя ненавидят: чем больше препятствий на ее пути, тем сильнее она захочет их преодолеть».
Валя объехала четыре аптеки, пока нашла свинцовые примочки. Ларика нашла в ванной: сильным контрастным душем он массировал страшноватое лицо — привычный способ городских драчунов.
Они завтракали и смеялись над приключением. Приятно было кормить завтраком мужчину, который может тебя защитить. Невольно она сравнивала его с Игорем… не все там еще, оказывается, отболело, но вектор этой боли, как стрелка компаса, передвигался на Ларика.
Возникла новая близость — нетягостная, свойская; хорошая.
— Поеду на работу. Бригадир нормальный — поймет.
— Подожди, я тоже. На две пары еще успею.
Она пропустила первые две пары — из-за него; он промолчал.
— И не постесняешься ехать рядом с такой хулиганской рожей? — подначил ее.
— Сейчас я тебя подгримирую, — притащила свою косметику. — Сиди спокойно!
На улице демонстративно взяла его под руку. Полюбовалась своей работой при ясном солнце:
— Сойдет! Шрамы на лице украшают мужчину.
В метро на них косились. Она ждала, когда он заговорит о встрече. Не дождалась.
— Можешь как-нибудь звякнуть, сообщить о здоровье, — небрежно бросила на прощание.
— Телеграфирую медицинский бюллетень, — весело обещал он.
И полетел на крыльях.
39. Бойцы вспоминают минувшие дни
Небольшой банкет в комнате: водка, хлеб, сигареты, три вчерашних хулигана и один подгримированный герой.
— Я тебе боялся удар ногой в лицо довести. Не дай Бог, думаю, нос сломаю.
— А думаешь — просто бить в лицо по мягким тканям, чтоб не повредить кости, ничего не сломать?
— Ну, если смотреть на тебя со стороны — куда как просто.
— Но ты тоже — как рванул руку из плеча — чуть не вывихнул; соображать же надо. Да — нож-то отдай.
— А разукрасили, в пор-ряде, с тебя еще полбанки! Тут не то что девушка — милиция поверит с судмедэкспертизой!
Долго и с увлечением припоминали детали:
— Можно идти на «Ленфильм» наниматься в каскадеры!
— Ну, если теперь не пригласишь на свадьбу — в самом деле отсвистим. Тем более репетиция уже состоялась!
— Еще кому вломить — давай, опыт есть!
40. Неужели это конец?
Он опять не звонил — день, и другой, и третий. Конечно: у своей Кати… Та умело врачует его; такие, как она, все делают умело. Если б не она! Неужели я ревную? вот еще…
Если победа в бою завоевывает женское сердце, то врачевание ран героя растапливает женскую душу.
Ларик неукоснительно позвонил вечером на третий день.
