У нашего двора не было истинного правителя, потому ситхен и умирал. Наш кусок волшебной страны умирал.
– Не только наш, – заметил Дойл.
– А чей еще? – поинтересовалась я.
– Наши светлые собратья следуют за королем, которого не признал их ситхен.
– У них ситхен тоже не признал никого из лордов? – спросила я.
– Послухам... Это только слухи, помни... Вместо того чтобы приветствовать сидхе, которого выбрал ситхен, Таранис его изгнал, – сказал Рис.
– Это не слухи, – бросил Дойл.
Все лица повернулись к нему.
– Кто? – только и спросила я.
– Айслинг, – ответил он.
Что-то в лице Холода сказало мне, что он тоже был в курсе. Остальные, похоже, были так же потрясены, как и я.
– У них был настоящий король, и Таранис его изгнал?!
Дойл с Холодом кивнули.
– Но это чудовищно, – сказал Никка. – Даже Андаис была готова отдать трон, если найдется истинная королева.
– Благой Двор знает? спросила я у Дойла.
– Очень мало кто знает, – ответил он.
– Но такие все же есть?
– Как они могут его поддерживать? У неблагих не оставалось другого выхода, но у них был король для благого трона! Им не грозило вымирание.
– А наш ситхен признал Айслинга, когда он пришел сюда? – спросил Гален.
Дойл пожал плечами, и я догадалась, что это и было ответом или что другого ответа у него не было.
– Ванна готова, – сказал Китто деловым и безразличным тоном, точно как слуга.
Я тронула его за плечо, и он робко улыбнулся. Мне в голову пришла мысль.
– А холм гоблинов узнал Курага, когда вы переселились в Америку?
– Я не так много значу, чтобы мне говорили такие вещи. Я не знаю.
– Гоблины потеряли меньше, чем сидхе. Они сохранили все, что мы им оставили.
– Но погодите, – сказал Гален, – благие тоже меньше потеряли в силе, чем мы. Почему? Разве оба двора не должны приходить в упадок с одинаковой скоростью?
– Должны, – подтвердил Дойл.
– Но их магия не тает, – сказала я.
– Или так кажется, – поднял бровь Рис.
– Тебе что-то пришло на ум, – догадался Дойл.
– С чего это Таранис настолько потерял голову, что освободил Безымянное, наше чуть ли не самое опасное волшебство, и послал его в человеческий мир охотиться на Мэви Рид? Она жила в ссылке больше века. Визит Мерри вряд ли был причиной. Наш визит мог бы подтолкнуть его к мысли подослать к Мэви парочку убийц, но не к освобождению Безымянного. – Рис качнул головой. – Я об этом долго думал и так и не увидел смысла.
– А его приглашение Мерри на бал? – напомнил Гален. – Тоже непонятно. Он ее всю жизнь ненавидел.