Несмотря на яркий золотистый потолок и роскошные мраморные стены, коридор казался выцветшим за годы непрекращающейся слуховой войны между сестрами. Принцесса Эхиль шепелявым голоском самой младшей сестры отражала от стен коридора, искренне веря в то, что ее брат действительно такой страшный, как о нем говорят. Я закатила глаза, понимая, насколько ошибочными оказались предыдущие комментарии старшей сестры о своем диким брате....
Гуляя по лесу и срывая сочные ягоды, я весело посмеивалась. Вот бы удивились сестры и отец, увидев, как я ползаю на коленях по земле. Конечно, рассказывать об этом я никому не планировала.
В поместье я вернулась почти затемно. Кристоф стоял на крыльце, и по его напряженному взгляду было понятно, что не стоило так надолго уходить. Он снова тяжело опирался на трость. Несмело поднявшись по ступенькам, я встала рядом.
– Вы колдовали, – сказала очевидную вещь, кивая на его ногу.
– Нужно было защитить реку от чужаков. Пришлось потратить больше сил, чем рассчитывал.
"Кристоф посмотрел на корзину, полную весеники, и я внезапно засомневалась. А вдруг он скажет, что не любит её?
– А я вот, собрала вам ягод, – набравшись смелости, я протянула ему корзинку.
Мой взгляд тут же упал на руки. Я ахнула, пряча ладони за спину, а корзинка полетела на пол.
Глава 20
Я посмотрела вниз, ожидая увидеть рассыпанную по крыльцу ягоду. Пару раз моргнула, чтобы убедиться в том, что глаза меня не обманывают. Корзинка покачивалась в воздухе, а потом плавно опустилась к ногам советника.
– Весеника очень коварная ягода, Алия. Ее листья усеяны мелкими, но острыми иглами.
Он внимательно рассматривал мои ладони, усыпанные с обеих сторон небольшими порезами.
– Но я ничего не почувствовала.
– И не должна была. На кончиках этих игл прозрачный сок. Попадая в кровь, он притупляет ощущения. Сначала ты ничего не чувствуешь, боль приходит позже.
– Я этого не знала.
Во дворце мы ели весенику с ранней весны и почти до самого лета. Получается, кто-то постоянно резался о ее острые иголки, потому что в перчатках собрать её было невозможно.
– Она всего лишь приспособилась жить со своим изъяном. Пойдем внутрь, нужно обработать ранки, пока они не начали болеть.
Я подхватила с крыльца корзинку. Всё же собирала ягоду я для Кристофа, а после таких жертв он просто не имел права не съесть её. Я думала, что мы пойдем в кабинет, но советник свернул в сторону кухни.
На кухне он достал из самого высокого шкафчика небольшую склянку и показал на стол. Я опустилась на табурет у края стола, чувствуя, как руки начинает покалывать. Кристоф сел наискосок с угла и открыл склянку.
– Что это?
– Масло с лечебными травами.
Я наклонилась, принюхиваясь к тонкому аромату.
