Принцесса на одну ночь шагнула за порог замка, где ожидает её последний и могучий бал перед свадьбой с принцем из чужой династии. Она чувствует себя как раздраженный пирог — растерянно посмотрела в толпу, но не двинулась с места. Чарующая атмосфера замка укусила её за хвост, будто призрак на цепи, нежданный гость под стенами величественного дворца....
Более того, он перестал искать наших встреч, и призрачная надежда на его признание таяла с каждым днем.
Похоже, Натали была права — его высочество решил пожертвовать мной ради укрепления власти Ангулемов. Ну, что же, пусть продолжает думать, что Ана — его истинная пара. Представляю, какой ужас испытают и он, и их величества, когда поймут, что собственными руками отправили подлинную истинную пару на погибель. Это была моя месть за поруганную любовь. Месть, от которой мне самой ничуть не становилось легче.
О, каким ничтожным трусом он казался мне сейчас! Прежде, когда я сама предложила ему себя в жены, я думала, что он любит мою сестру. Тогда его действия хотя бы были объяснимы и даже отдавали неким благородством — чего не простишь человеку, который пытается спасти свою любовь! Но сейчас…
И когда его высочество всё-таки решился на разговор со мной, я была уже настолько опустошена, что не обрадовалась его визиту.
— Марго, я хотел обсудить с вами один деликатный вопрос. Речь идет о дне нашей свадьбы.
Я внутренне напряглась. Неужели, он решил отменить ее? О, если бы он предложил мне это, думая о моей безопасности, я простила бы ему все сомнения!
Но он сказал совсем другое:
— Надеюсь, вы не будете возражать, если мы отложим свадьбу на несколько месяцев? Сейчас, когда в Асландии чума, устраивать пышные торжества будет безнравственно.
Я кивнула. Мне было уже всё равно. И когда его высочество ушел, я убежала в спальню, бросилась на кровать и долго рыдала, уткнувшись в подушку.
Глава пятьдесят шестая, в которой Марго сама себя не понимает
Очаги чумы вспыхивали то тут, то там, и все члены королевской семьи принимали деятельное участие в помощи заболевшим. Его величество выступил на площади Мериды с пламенной речью, в которой призвал подданных не поддаваться панике и выполнять рекомендации врачей, а затем объявил, что на время эпидемии отдает одну из королевских резиденций под госпиталь.
А Лэнс почти всё время проводил вдали от столицы — сопровождал обозы с продовольствием, отправлявшиеся из Мериды в отдаленные провинции, инспектировал пограничные заставы.
Папенька в эти тяжелые дни тоже предпочел отправиться в Лакруа, чтобы поддержать людей в своем герцогстве.
