Автор
Кардиния в 1835 году: Кронпринц Кардинии торопится к королю, где его встречает Максимилиан Данев. Взглянув на графа и оберегая воспоминания детства, принц вспоминает годы, когда король приглашал сына в эту гостиную для наказаний. Здесь царит атмосфера тайны и недовольства, словно древний зеркальный шкаф, за который скрываются секреты времени....
— У вас было не то настроение, чтобы слушать мои объяснения.
— Таня, я отвечаю за твою жизнь! Только я! Ты должна иметь дело прежде всего со мной, и если я не верю твоим словам, надо стараться убедить меня снова и снова. Тем более в том, что так важно…
— Вот именно! — перебила она его. — В этом и не следовало сомневаться с самого начала.
— Согласен, — вдруг признался он, и Таня удивленно раскрыла глаза. — Если бы я был абсолютно трезвым вчера ночью, то поверил бы тебе сразу. Я приношу свои извинения за то, что вчера повел себя так безрассудно.
«А за остальное ты тоже извинишься? — подумала с горечью Таня. — За то, что, не спросив меня, хочу я этого или нет, овладел мною, за то, что не заметил, как я желала тебя, принадлежала тебе, впервые испытывая радость любви!»"
"— Я не принимаю твоих извинений, Штефан, — сказала она сухо. — Твое пьянство причинило мне гораздо больший вред, чем твои бесконечные сомнения в правдивости моих слов. Напившись и доведя себя до исступленного гнева, ты получил то, что и так предназначалось тебе, но ты даже не догадываешься, что именно.
Таня снова повернулась к карете Но и на этот раз он не дал ей уйти, взял за плечи и опять повернул к себе лицом. Она замерла в ожидании, но услышала только:
— Если ты думаешь, что отделаешься от меня просто так, загадав свою загадку и отмалчиваясь, то ты ошибаешься. Я жду объяснений, Таня, и ты сейчас же мне все выложишь.
— А если нет, что будет?
— Вспомни, как я поступаю с непослушными девчонками?
Краска залила ее щеки при воспоминании о том давнем наказании, но при этом она рассердилась не на шутку.
— Тогда я припасу еще один нож для тебя! — выпалила она.
Штефан вздохнул и отпустил ее.
— Ну что ж, Таня. Садимся в карету. Мы и так из-за тебя задержались, уже давно должны быть в пути.
— А меня всю ночь посещали мучители — то убийца, то ты!
Тут Штефан буквально затолкал ее в карету и уселся напротив, продолжая сжимать ее руку.
— Я обещал тебе, Таня, этого больше не случится! Чего ты еще хочешь от меня?
Она вздрогнула от этих слов — он снова повторяет их сегодня, не выпив ни капли вина! Значит, выполнит свое обещание не притронуться к ней больше никогда…
— Мне от тебя.., ничего.., ничего не надо, — пробормотала она, выдернула руку и отвернулась к окну, чтобы он не увидел, как слезы навернулись у нее на глаза.
