Вернувшись домой, девушка ощущает себя отрезанной от реальности. Несносная погода лишь усилила её одиночество, когда ветер тяжело дышит сквозь окна и двери. Но не будем забывать про город тысячи ветров – место, где каждый шаг провокирует новый виток истории, куда легко влипаешь, но трудно выбраться. Здесь подонки становятся героями, а принцессы – просто игрушками случая....
Раз я с хозяином и с парадного входа, значит, так надо.
Вышколенный такой. Как же старого Карсена напомнил. Мон Эрланн открыл было рот, но я уже повернулась спиной, позволяя слуге снять с меня верхнюю одежду, поддев забытым изящным жестом верхние края плаща. Лёгкий кивок с полуулыбкой в ответ, голову повернуть на определённый угол, больше не встречаться взглядом. По мнению фреи Кьеделиг, позволять ухаживать за собой – отдельное искусство для леди. Вылезло вот старое знание не к месту.
Мон Эрланн промолчал, не отрывая хмурого взгляда.
– Го́трик, пусть накроют в столовой.
Время тянет, сразу поняла я. Мог и в саду всё выложить. Значит, или сомневается, или работёнка непростая предстоит. Если даже до ужина с «нюхачом» снизошёл. Тогда и я с ценником стесняться не стану. А если не по зубам работа окажется, то вовсе откажусь.
– Как тебя зовут? – донеслось с другого конца овального стола, пока я хмуро изучала вышитую скатерть и возникающие перед собой приборы и бокалы.
– Ветерок, – буркнула я.
– Ну да, – хмыкнул Эрланн. – А ещё имя есть? Такое, чтобы людям представить. Настоящее, понятно, не спрашиваю.
Чего он от меня хочет? Нет у меня других имён. Ветерок и Принцесса, Дну хватает. А настоящее я и сама почти забыла.
– Ладно, сам придумаю… Ешь.
Мужчина принялся за тушёную в сливках перепёлку, а я краем глаза следила за служанкой. Но мне еду клали с общего блюда и травить вроде бы не собирались.
– Вина, госпожа? – спросил дворецкий."
"Глоточек можно.
– Снова артрит, Готрик? – сразу понял Эрланн.
– Простите, господин.
Тут же на подмогу метнулся белый фартук из шеренги таких же, выстроившихся в ряд. Я осадила слуг взмахом руки:
– Сама справлюсь.
Хватит этого фарса с прислуживанием, будто я тут почётная гостья. Вижу ведь, как недоумённо косятся служанки.
– Идите, – велел им маг и заинтересованно посмотрел на запечатанную бутылку в моих руках.
Ульвен-волк меня этому фокусу ещё давно научил. Стекло вещь хрупкая, но пластичная. Достаточно горлышко согреть и с нужной силой в донце стукнуть, чуть взболтав. Белые вина все чуть искрят, и пробка сама собой выскочит.
