Вернувшись домой, девушка ощущает себя отрезанной от реальности. Несносная погода лишь усилила её одиночество, когда ветер тяжело дышит сквозь окна и двери. Но не будем забывать про город тысячи ветров – место, где каждый шаг провокирует новый виток истории, куда легко влипаешь, но трудно выбраться. Здесь подонки становятся героями, а принцессы – просто игрушками случая....
И мне не обидно такое про себя слышать; наоборот, спокойнее, когда за парня принимают.
– Ладно, – сменил гнев на милость разряженный мэтр. – Но только ради тебя, Крис! Так, чего стоим? Работаем, птички мои, работаем!
Он хлопнул в ладони и меня окружили три девушки.
– Запихните это в ванну, пусть пока отмокает. Бештамская соль, лаванда, бергамот. Эджени, маска! Мишель, ногти! Быстро, быстро! Шевелимся! О боги, да за что мне это!.. Три часа!.. Всего три часа!.. – запричитал он.
– Так, стоп! – заорала я, потому что девицы меня уже поволокли куда-то, раздевая на ходу.
– Напомнить? Три часа на подготовку, – впился в меня взглядом Эрланн и переключился на мэтра. – Шами, сам видишь, никто не справится лучше тебя. Я в тебя верю.
– Исключительно по старой дружбе, – патетически вздохнул мэтр. – Не расплатишься, дорогой мой.
Спустя час я была отмыта, натёрта чем-то пахучим и завёрнута в махровый синий халат. Кажется, самого хозяина особняка, но пах он обычным приятным мылом с отдушкой, никаких там ароматов кожи и перца.
– Кошмар, – подытожил манерный мэтр, глядя на моё отражение в зеркале.
Ну да, кожа бледная, под глазами синяки. А ты сам побегай ночами. И бабочки меня в последний раз не очень удачно обкорнали – здесь длиннее, там короче, и всё в разные стороны вихрами торчит."
"Мэтр опять закатил глаза и жеманно протянул руку в сторону.
Да утащи меня к себе Тот, Кто Ещё Ниже! И он маг!
С каждым взмахом щётки мои пряди вытягивались, выравниваясь по длине. Мэтр вышел из транса и с удовлетворением оглядел дело своих рук. Каштановая блестящая грива рассыпалась по плечам, спускаясь почти до пояса.
Умелые пальцы за двадцать минут соорудили на моей голове изысканную причёску, выделив овал лица и подчеркнув тонкую шею. Затем по лицу прошлись пуховки и кисточки, убирая синяки под глазами. Похоже, для этого мэтра я стала вызовом, потому что он сопел, ругался на незнакомом языке, цокал довольно языком, потом снова ругался, но уже на понятном…
– Губы! – громко пощёлкал он перед моим лицом.
