Нашлось и мягкое белоснежное полотенце, хотя в душевой наверняка как-то включалась система сушки. Но я оставалась верна традициям Земли. Не я одна, раз в ванных лучшего курорта до сих пор лежат полотенца.
– У тебя ничего не выйдет, Виккерс.
Я не слышала, как вошел Фортем, и подпрыгнула, чуть было не свалившись на пол.
– Вы с ума сошли! Что у меня не выйдет?
– Да я вроде и не собиралась.
– Серьезно? А твоя подружка сказала, что ты выгнала ее из комнаты и решила спать одна. Сидит вся такая несчастная, не смогла отказать принцессе.
Я завелась мгновенно и вылетела бы в сад в одном полотенце, если бы Фортем меня не перехватил.
– Я ее сейчас убью! И вы еще смеетесь!
– Ну да, она довольно забавная. А вот ты должна быть посдержаннее, все-таки принцесса.
– Отлично! – рявкнула я. – Свидетелей несдержанности оставлять не будем!
Но меня держали крепко. Это он о Таяне так заботится или просто пользуется моментом и тискает меня, как плюшевого медведя? Тем более что в огромном полотенце я его и напоминала.
– И что, вы просто так это спустите?
– Ну а что ты сейчас хочешь сделать? Вылететь к ней и вцепиться в волосы? Нет, эпичную битву двух симпатяжек я бы посмотрел, особенно если рядом бассейн, но чего ты этим добьешься? Обзовет тебя ненормальной, скажет, что не так поняла твое желание помыться без очереди и вообще она ничего не делала. И будешь сидеть как идиотка.
Все это выглядело так разумно, что от бессилия я чуть не разревелась. Правда, порыв быстро прошел и осталась только обжигающая все внутри злость. И ма-а-аленькая, но гордая обида. Как-то слишком много эмоций для одного раза.
В зеркале отражалась мокрая, но привычная Паулина. Даже не знаю, кого в ней было больше, бродяжки или принцессы.
– Вы дадите мне переодеться? – спросила я Фортема.
– Принес тебе одежду. Ты забыла приготовленный комплект в другой комнате. Почему ты отказываешь мне в интеллекте?
– В смысле? – Я даже отвлеклась от созерцания себя, любимой.
Фортем сидел на небольшом пуфике, вальяжно привалившись к стене. Огромная территория лайнера, а мы умудряемся болтать в уборной, потому что по саду рыскает любвеобильная Таяна. Паноптикум!
– Почему ты не допускаешь, что мне может просто… не нравиться Таяна? Человек может любить блондинок, брюнеток, рыжих, гуманоидов, сирианок, ли-текк, дгнарн, людей, толстых, худых, молодых и старых. С чего ты взяла, что Таяна в моем вкусе?
– Она же дгнарна… – растерянно пробормотала я.
