Но еще выбор был сделан и в пользу комфорта. Последний рывок должен был стать отдыхом, возможностью прийти в себя. Теперь, после болезни, ей особенно нужно было как следует отдохнуть. Что-то подсказывало, что просто на Канопусе уже не будет. Беззаботная жизнь принцессы закончилась, так толком и не начавшись.
Но эти два дня Паулина, похоже, намеревалась провести уйдя в себя. И кто знает, какие мрачные мысли теснились в ее головке.
Медленно соображала: пока в глазах зажглось понимание, он уже коснулся влажных губ своими, слизывая остатки сладкого напитка. Только касание. Дразнящее, мимолетное.
– Моя печень сдастся быстрее, чем вы напьетесь, – сказала Паулина, хмурясь.
Но он не мог не заметить на щеках румянец. И то, что она не отпрыгнула, не свалилась в воду – за это Фортем был готов благодарить все и всех. Стояла очень близко, но все равно хотелось прижать и зафиксировать – для надежности.
– Сейчас выйдет Таяна и накрутит вам шипы.
– В нашем языке, – медленно произнес он, задумчиво рассматривая пузырьки в запотевшем бокале, – обращение «вы» используется при общении с людьми выше по должности, званию или титулу. Ну и с теми, кто равен тебе, но совершенно не близок. Долго ты будешь меня держать в знакомых?
Паулина пожала плечами. Он явно застал ее врасплох, потому что так спокойно рядом с ним она еще себя не чувствовала. Может, скоро совсем перестанет ершиться. Признается самой себе, что ситуация давным-давно вышла из-под контроля, причем в совершенно неожиданном направлении.
Фортем думал, ее сложно будет контролировать, она обязательно предаст и разрушит все своим признанием. А оказалось, контролировать сложно себя. Смотреть на нее, наблюдать за превращением в принцессу и понимать, что так будет всегда. Со стороны, на правах друга семьи и защитника – если после замужества она, конечно, останется на Канопусе.
– Мне сложно привыкнуть, – сказала она.
«Пригуби вино, – в голове вертелась навязчивая мысль. – Ну же, чуть-чуть».
– С Люком было просто? Ему ты не выкаешь.
– А вы – заноза в чувствительном месте.
– Надо, – Фортем притянул ее к себе, чудом не расплескав вино, – проверить на чувствительность. Вдруг ты что-то путаешь?
– И ты тоже. – Паулина фыркнула и – наконец-то! – коснулась губами краешка бокала, отпила совсем чуть-чуть.
Казалось, поцелуй способен выжечь внутри все живое, оставить пустую оболочку.
