Поезд с грохотом прокатился по унылым степям, солнце крадется за горизонт, создавая неясную тьму вокруг. До Санкт-Эринбурга осталась одна小时前, когда серебристый экспресс стремительно мчался через пустынные просторы, приближаясь к своей конечной точке в великом вокзале....
Оказалось, Гектор швырнул в них гипсовым бюстом какого-то писателя. Бюст разлетелся на сотни осколков, а парень рухнул на пол. Книга вылетела у него из рук и заскользила по полу.
Гордей бросился к книге, но Гектор его опередил. Он отшвырнул ее ногой и вновь замахнулся тростью. Сталь зазвенела о сталь. Противники искусно фехтовали, ни в чем не уступая друг другу. Гектор наносил удары, Гордей парировал их и наступал сам.
Трость и клинок в очередной раз скрестились с громким скрежетом, и лица противников оказались в паре сантиметров друг от друга.
– Не так уж ты силен! – злобно прошипел Гектор.
Гордеи перехватил меч и основанием рукояти вмазал Гектору меж глаз. Сэнтери дернулся назад и обрушился спиной на одну из витрин. Полетели осколки битого стекла.
Гордей бросился к книге. Никита вскочил с пола и рванул следом за ним. В этот момент Гектор что-то громко выкрикнул. Гордей изумленно обернулся.
Сэнтери поднялся на ноги и вскинул свою трость вверх.
Его глаза закатились, остались видны лишь белки. Казалось, они светились в полумраке.
Никита присмотрелся и остолбенел. Глаза Гектора и впрямь светились в темноте! Набалдашник трости тоже полыхнул голубым светом. Гектор направил его вверх и медленно повел по воздуху. Никита, поняв, что дело неладно, взглянул вверх. В темном ночном небе над прозрачной крышей музея, повинуясь трости Гектора, нарисовалась гигантская сияющая линия голубого огня. Сэнтери выводил тростью какую-то фигуру, и в небе возникала точно такая же, но куда больших размеров. Когда он закончил, над музеем полыхала голубым огнем ужасающего вида огромная пентаграмма.
Гектор раскрутил трость и резко взмахнул ею.
Пентаграмма в небе сделала полный оборот вокруг своей оси, а затем резко ухнула вниз. Раздался оглушительный взрыв!
Стеклянная крыша музея взорвалась во вспышке голубого пламени и обрушилась вниз миллиардами сверкающих осколков.
Гордей схватил Никиту и резко дернул его за собой. Они едва успели скрыться под лестницей, когда на пол с громким звоном ссыпалась настоящая лавина битого стекла.
Когда дождь из осколков прекратился, он опрометью выбежал из своего укрытия и схватил с пола книгу.
С первого этажа музея донесся шум, громкие свистки, топот множества ног. Кто-то кричал. В тот же момент в кармане Легостаева заверещал мобильный телефон: Артем предупреждал об опасности.
Оказалось, что взрывом в музее разнесло не только крышу, но и все окна. С площади уже несся вой полицейских сирен.
