Поезд с грохотом прокатился по унылым степям, солнце крадется за горизонт, создавая неясную тьму вокруг. До Санкт-Эринбурга осталась одна小时前, когда серебристый экспресс стремительно мчался через пустынные просторы, приближаясь к своей конечной точке в великом вокзале....
В зал ворвалось несколько охранников. Гектор замер перед ними с книгой в руках. На него уставилось сразу несколько стволов пистолетов.
– Стоять! Не двигаться! – послышались крики.
Сэнтери недовольно нахмурился.
Никита услышал глухой треск рации. Кто-то из охранников музея вызывал подмогу. Полиция вот-вот ворвется в здание. Никита с Гордеем переглянулись. Дело принимало скверный оборот.
В это время в зал вошла девочка. Невысокого роста, лет двенадцати, в старомодном длинном платье черного цвета с белым стоячим воротничком и кружевными манжетами.
– Я устала ждать, Гектор! – холодно произнесла она. – Ты же говорил, что сделаешь все быстро и без лишнего шума!
– А это кто?! – воскликнул один из охранников."
"– Возникли непредвиденные проблемы, – ответил ей Гектор.
Никита высунулся из-под лестницы, чтобы разглядеть ее получше.
А девочка расстегнула застежки саквояжа и сунула в него обе руки.
Охранники музея в ужасе отпрянули. Кое-кто даже наставил на нее пистолет. Сирены звучали все ближе. На площади перед музеем заскрежетали колеса.
Девочка держала череп на вытянутых руках, словно шар для боулинга. В его пустых глазницах вдруг вспыхнули два красных огонька.
– О, это нехорошо! – испуганно произнес Гордей. – Нам нужно убираться отсюда!
Он потянул Никиту за собой.
Череп окутался черной дымкой, сквозь которую ярко светились два красных глаза. Затем струя черного дыма вытянулась вверх, другая опустилась вниз. Послышалось громкое шипение, словно одновременно раскрыли глотки сотни змей.
Девочка держала череп, а перед ней возник настоящий столб клубящейся тьмы. Красный огонь из глазниц полыхал в самом центре жуткого черного столба. Девочка резко убрала руки, но череп остался висеть в воздухе.
Охранники испуганно загомонили.
Столб черного дыма с черепом внутри вдруг ринулся прямо на них. Он двигался не по прямой, а по спирали, словно смерч, описывая на мраморном полу неровные круги. Глазницы черепа полыхали багровым пламенем. К потолку поднимался смрадный дым.
