Действие разворачивается во время Великой Отечественной Войны в Москве, Ленинграде и Западной Белоруссии. Уголовный розыск сталкивается с напряженными событиями, когда происходит опасная погоня и раскрытие таинственных обстоятельств. Интрига обостряется вокруг судьбы персонажей в условиях войны.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Приступить к ликвидации» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Действие разворачивается во время Великой Отечественной Войны в Москве, Ленинграде и Западной Белоруссии. Уголовный розыск сталкивается с напряженными событиями, когда происходит опасная погоня и раскрытие таинственных обстоятельств. Интрига обостряется вокруг судьбы персонажей в условиях войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Действие разворачивается во время Великой Отечественной Войны в Москве, Ленинграде и Западной Белоруссии. Уголовный розыск сталкивается с напряженными событиями, когда происходит опасная погоня и раскрытие таинственных обстоятельств. Интрига обостряется вокруг судьбы персонажей в условиях войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Никитин взял фонарь и направил луч на безжизненно лежащую руку.
Беловатый конус света вырвал из темноты синие буквы татуировки на тыльной стороне ладони: «Витек», перстень, выколотый на безымянном пальце, и могилу с крестом.
– Видите, поперечина на кресте косая? – спросил Никитин эксперта.
– Это значит, что он в блатную жизнь принят, но еще не в законе. Как первый срок отмотает, еще одну поперечину наколет, тогда, значит, полным законником стал. Вот, Павел Маркович, какие у него документы.
Эксперт молчал, разглядывая руку убитого.
– Слушай, Шукаев, теперь расскажи, как дело было.
– Мы его на сквере заметили, – начал сержант.
– Точно одного. Окликнули. Он бежать. Мы за ним. Он в подъезд.
– У него ничего в руках не было?
– Вроде сумка или мешок какой.
– Шукаев, – Никитин достал папиросу, – ты в милиции сколько лет?
– С тридцать девятого. А что?
– А то, друг Шукаев, пора бы отработать память.
Сержант молчал, потом топнул валенком:
– Был у него мешок, точно был. Он ему мешал в дверь войти.
– Вот это горячее. – Никитин перекинул папиросу из одного угла рта в другой. – Ты лестницу осмотрел?
– Не заметил. Будем искать?
– А зачем нам надрываться, у нас техника есть. Смирнов, давай Найду.
Собака вспрыгнула на площадку. В свете фонаря глаза ее горели синеватым огнем. Она подняла лобастую морду, посмотрела на Никитина, и ему стало не по себе от этого диковатого взгляда.
– Ищи, Найда, ищи, – скомандовал проводник.
Овчарка потопталась на месте и потянула повод. Она добежала до последнего этажа, стала лапами на дверь шахты лифта и гулко залаяла.
– Ну-ка, убери ее, – отдуваясь, приказал Никитин. Бегать по этажам в полушубке было тяжело и жарко.
Проводник оттянул рычащую собаку, и Никитин распахнул дверь шахты. Мертвая кабина застыла здесь на многие годы.
Никитин посветил фонарем и увидел брезентовую сумку, валявшуюся в углу. Он вошел в кабину, нагнулся, расстегнул пряжку, направил фонарь внутрь. В сумке насыпью лежали патроны к пистолету «ТТ» и нагану, несколько пачек папирос «Совьет Юнион» и какие-то металлические пластинки.
Никитин взял одну и увидел не то буквы, не то цифры, выбитые на конце.
– Это типографские литеры, – сказал за его спиной эксперт.
– Шрифт? – переспросил Никитин.
– Приедем на Петровку, узнаем, что сложить из этих буковок можно.
– Ну что ж, вызывайте перевозку, – скомандовал Никитин, – убитых на экспертизу, а мы по домам. Ты, Шукаев, с ними поедешь, рапорт напишешь.
