Автор
В стенах вынужденной изоляции и холодных лабораторий начинается невидимое притяжение - Амир, оставленный в зап lutой обиде после потери ребенка, оказывается среди людей, которым пришлось пережить что-то похожее. В каждом взгляде есть слезы, каждый жест - прощание с прежней жизнью. Здесь нет слов для описания боли или страха — только непрекращающееся притяжение к тем, кто понимает....
Когда он попал в палату к дочке, та спала, подложив руку под щеку. Её непропорционально большую в сравнении с исхудавшим телом практически лысую голову украшала веселенькая косынка. Амир помедлил, давая себе время отдышаться, затолкать внутрь отчаяние и тихую ярость. Все уже позади. Его малышка поправится. Они справились. Они все преодолели. Худшее в прошлом. Он чувствовал, он знал!- Папа?
- Привет. Я тут проезжал мимо, думаю, дай-ка, зайду!
- Привет, - улыбнулась девочка. – Я соскучилась…
Амир сглотнул, кивнул головой и подошел чуть ближе.
- Я тоже, малышка… Я тоже. Как ты себя чувствуешь?
- Нормально. Врачи говорят, что я молодец.
- Да, я слышал. Ты и правда молодец, милая.
- Раньше ты так не считал.
Амир поднял глаза. Поймал черный взгляд дочери.
- Сейчас все изменилось. И я надеюсь, что к прошлому возврата не будет.
Карина закусила губу и опустила ресницы, закрываясь, прячась от него:
- Не будет, – тихонько согласилась она.
Кивнув, Амир уселся на рядом стоящий стул. Он смотрел на дочь и вспоминал, какой она была еще совсем недавно. Сейчас Карина мало походила на саму себя образца полугодичной давности. Тогда она выглядела как дешевая пробл*дь. И вела себя соответствующе. Он так и не понял, в какой момент ее упустил. Когда она стала гулять направо и налево, забив на учебу, когда обзавелась такими же друзьями-бездельниками?! В неполные пятнадцать лет его дочь выглядела как прожжённая жизнью баба.
- Врачи сказали, что если все так пойдет и дальше, тебя смогут выписать к Новому году.
- Да, я слышала.
- Вот и отлично. Я возьму отпуск, и мы хорошенько повеселимся.
- Серьезно? – недоверчиво протянула девушка.
- Без шуток.
- Ни хрена себе… - ошалело хлопнула глазами Карина.
- Карина… - поморщился Амир.
- То есть… Я хотела сказать - круто! Ага… Круто.
Восторг дочки был понятен Амиру. И это понимание больно кольнуло сердце. Из него не вышло нормального отца.
