Моя хитрость с подставным бойфрендом отлично работает, но я все время забываю, что надо притворяться, изображая неидеальные отношения, иначе потом будет сложнее убедительно рассказывать, что между нами все кончено, но мы решили остаться друзьями.
Я решила ответить уклончиво:
– В смысле… Ага, наверное. Но в общем-то ничего особенного.
Мама поджимает губы – но просто старается сдержать улыбку. Она поднимает брови, а выражение ее лица словно говорит: «Что ж, кажется, между вами и вправду что-то есть…»
Я злюсь и чувствую, что меня загоняют в угол. Вдруг мне становится жаль, что взяла Гарри с собой. И тут меня впервые в жизни не заставили бы чувствовать себя неполноценной, потому что я пришла без бойфренда?
– Это потому, что ты сама начинаешь встречаться с мужчинами, никогда не задумываясь, надолго ли это… – огрызаюсь я.
– Ой, вот только не надо обо мне. Ты уходишь от темы, я же вижу. Я просто хотела расспросить дочь о ее отношениях, вот и все.
– И кто из нас теперь уходит от темы? – бормочу я в ответ, вжимаясь в стул.
Мама вздыхает, но все же делает мне одолжение:
– Софи, в отношениях с твоим отцом я все перепробовала, но у нас ничего не вышло. Никакая тяга друг к другу не может компенсировать полнейшую несовместимость характеров.
Она говорит так уверенно, что ее слова задевают меня за живое: я вспоминаю длинный список причин, согласно которым мы с Гарри, как выяснилось на прошлой неделе, друг другу не подходим.
Но, слава богу, мама не замечает моей реакции.
– И потом, даже если бы он и был тем, кто мне нужен, моя работа – консультирование, исследовательские проекты, путешествия, которые длятся месяцами…
– Да ты что! То есть для тебя нормально предпочесть карьеру отношениям, а когда я пытаюсь сделать то же самое, от всех только и слышу: «Ну а как твоя личная жизнь?» Как будто для меня недостаточно просто работать, – тяну я. Затем фыркаю, втыкаю вилку в изысканную (и действительно очень вкусную) мусаку и мрачно гляжу в тарелку. – Ну-ну. Понятненько.
– Софи… – серьезно говорит мама.
Ура, она теперь тоже волнуется. Отличный ход. Мама хмурится и наклоняется ко мне поближе, что не так уж и трудно сделать, учитывая, что столик у нас маленький.
Парень, сидящий позади меня, снова цепляет мой стул своим.
– Софи, – повторяет она. – Дело в работе? В том повышении, которое ты должна была получить после Рождества? Я же тебе говорила, что если…
– Я его не получила! Мама, мне давным-давно в нем отказали. Еще где-то в январе. И у меня действительно были хорошие результаты по итогам года.